Читаем Опиум полностью

На рассвете вышли в сад ВыСозерцать созвездье Рака.Там, с улыбкой бодисатвы,Я дербанил клумбу мака.Клочья белого тумана —Дым обугленных утопий.На бутонах горькой маннойПроступал жемчужный опий.Лауданум?.. — Ну, да ладно…Там, где нежится Непрядва,Как привет из ТаиландаЭта древняя неправда.Ложь — летучих снов основаЗа цветной подкладкой мрака.Легче тени, раньше слова,Проще смерти горечь мака.Скорбный Ангел молвит «Amen»,За смиреньем пряча скуку,И просящему не камень —Жемчуг вкладывает в руку.

Ахилл

Пока Ахилл бежит за черепахойПо рытвинам и пустошам пространстваАгонии, Аида или Рая,Бегу и я без радости и страха,Лишь меркнущее Космоса убранствоОзябшим краем зрения вбирая.Твердил бы Гамлет мне свои вопросы,Когда бы знал апории Зенона,Угрюмый недоучка Виттенберга.И умное бессмертие даоса,И вечность из фарфора и картонаВместились в такт одышливого бега.Беги, беги, вдыхай свою надежду…Но лёгкие стенают об ожоге,Вздымая грудь под вымокшей рубахой.И я один в своем извечном «между»…Какая смерть!.. Есть только этот джоггинг,Пока Ахилл бежит за черепахой.

Игрушка

Сердце просто капля киновариВ полночь на Суворовском бульваре.Светофор. Амброзия. Не спится.Зренье ночью, как стальная спица.С посошком сквозь мёртвые посады,Свысока прищурились мансарды,Бесится хипесница-поземка,Дышит паром спящая подземка,И никто не ждёт в колодцах окон.Эта полночь, как стеклянный кокон.И поди гармонию нарушь-ка,Пигалица, спутница, подружка,От подъезда и до поворота,Где сквозят Никитские воротаЗлой тоской, что свойственна подросткам.Ты умрёшь за третьим перекрёстком,Сгинешь среди алефов да ижицВ амнезии телефонных книжиц,В галереях веры календарной,Благородной, но неблагодарной.Я останусь где-то вне и междуЗа ушком чесать свою надежду.Но когда в глаза заглянет длинноЗлополучный Ангел ЛизергинаВ тишине почти что госпитальнойЯ достану с полки шар хрустальный,Я встряхну игрушку из Давоса,И посыплет снег на город косо.А под снегом, под бесплотной пенойТы да я в замкнувшейся Вселенной.Вот и время, детка, вот и место,Праведница, странница, невеста.Господа насмешливая милость.Даже папе Борхесу не сниласьИстины стеклянная игрушка,Пигалица, вестница, подружкаВ полночь на Суворовском бульваре.Сердце только капля киновари.

Ноябрь

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы