Читаем Опиум полностью

Гниения огнём захваченное тело,Как судно, в трюмах чьих бесчинствует пожар.Да пело ли оно иль только тускло тлело?Не всё ли вам равно, пылающий клошар?Горите, мон шери, во славу вечной жизни,Безвидный свет утроб исследуй, Парацельс!А после приползут светящиеся слизни,Слизнув лицо твоё, продолжат сей процесс.О чём нам пела медь? О чём сиял стеклярус?И что там врал в бреду белковый Оссиан,Когда сошёл с ума придуманный Солярис,Зацветшие мозги, взбродивший Океан:«Горят, горят, коптя, фонарики сознанья,Но сколько ни плети вы кружево погонь,Гниения огни осветят Мирозданье,Переходя затем в агонии огонь…»

(Стучи, стучи, стучи, мой маленький палач)

Стучи, стучи, стучи, мой маленький палач,Плети основу, ткач, искомый паучок.Поплачь, любовь, поплачь — и снова на бочок,Молчок, любовь, молчок — и ничего не значь.В шершавой толкотне в запястьях и висках,В секретных узелках и в нервном волокне,Во мне она, во мне жирует впопыхах,Привстанешь на носках — она вовне, вовне.Лизни меня, лизни ослепшим язычком,Всем воздухом ночным возьми меня, возьми,Пока остывший гнев космической возниКукожится в огне невзрачным паучком.

В альбом

Ольга, Ольга, в ледовой купелиНас крестила голодная влага,И раскачивали колыбелиВсе валькирии Озерлага.Ольга, Хельга, разруха пространстваНад снегами бесстыдно нагими,Где предательство есть постоянство —Это дом твой. Не сетуй, княгиня.От Лапландии вьюжной и снежнойДо Аркадии лживой и нежной —Волок, вологда, поволока…Умирать нам здесь так одиноко.Хельга, Ольга, обугленный воронЧертит в небе недобрые руны,Да чернеет курган, на которомКрестят чорта больные Перуны.Ольга, Ольга, оборванным горломНе рыдать нам при постороннем.Над прекрасным поверженным ярломНи единой слезы не пророним.

Дождь

Дождь, как пальцы машинисток,Что перебирают чёткиРечи. Чванные девчонкиПрячут очи одалисокИ сжимают между ляжекКошельки из нежной кожи.Так случайны, так похожи —Помесь кошек и дворняжек,Связь — неявна и нелепа —Таинства и анекдота,Как хрустальная икотаВлаги, падающей с неба.Что за бедные созданья,Чей обычай порицаем.Неизменен, проницаемДождь, как принцип мирозданья.То рыдали, то грешилиТе глаза в потёках краски.Холодеющие ласкиЛона крон разворошили.А шагнёшь под них и сноваТолько волосы намочишь,Только снова тайно хочешьСлушать плач дождя ночного.

Опиум

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы