Читаем Операция «Ракета» полностью

После ухода Нейрата Франк втайне надеялся, что станет имперским министром в Чехословакии. Но приехал ближайший помощник Гиммлера и его друг Гейдрих. Ухлопали через несколько месяцев... И опять не он, Франк, занял пост протектора, а доверенный фюрера и Гиммлера Курт Далюге. Этот помельче Нейрата и Гейдриха... Потом протектором был назначен бывший министр внутренних дел Фрик. И лишь после этого фюрер остановил свой выбор на Франке. Да, теперь именно он именуется германским государственным министром и получает приказы только от фюрера... Долго шел Карл Франк к этому, и вот наконец он у власти и от него зависит дальнейшая судьба Чехословакии. Так сказал Гитлер, и Франк готов выполнить любой приказ своего фюрера...

Оглушительный взрыв и треск автоматной очереди заставили обергруппенфюрера забиться в угол машины и схватиться за пистолет. В багровых отсветах взрыва Франк видел, как врезался один из мотоциклистов в тумбу на тротуаре, как вылетел из коляски автоматчик, как прямо из машин, что неслись не снижая скорости, открыли огонь эсэсовцы... Визжа тормозами, кренясь набок от сумасшедшего виража, который вынужден был сделать шофер, чтобы не врезаться в перевернувшийся мотоцикл, машина министра выскочила из зоны обстрела.

— Лейтенант Крюдер!.. Лейтенант Крюдер!.. — кричал по радиотелефону командир конвоя. — Оцепите развалины, откуда стреляли!.. Хватайте всех подряд!.. Обыщите ближайшие дома, чердаки!.. С вами остается ваш взвод, слышите, Крюдер?

— Ясно... Задача ясна, господин обер-лейтенант, — пробивался в эфир хрипловатый голос лейтенанта Крюдера. — Пришлите в помощь еще взвод.

Адъютант Франка поднес ко рту микрофон радиотелефона:

— «Эдельвейс»!.. «Эдельвейс»!.. Я «Первый»!.. Слышите меня, «Эдельвейс»?

— «Эдельвейс» слушает!

— Приказ обергруппенфюрера!.. Отправьте дежурную роту на помощь лейтенанту Крюдеру!.. Немедленно свяжитесь с ним по рации! Включите в работу подвижные патрульные группы! Покушение на обергруппенфюрера на окраине города, по дороге к замку...

— Слушаю вас, приступаем к операции!.. Что с господином министром?

— Все в порядке... В нашей машине никто не ранен... Есть, видимо, убитые среди конвоя...

— Понял вас... Рота выезжает на место... Лейтенант Крюдер начал облаву, ведет перестрелку с бандитами...

— Гауптман! — выкрикнул Франк, доставая дрожащими пальцами из пачки сигарету. — Передайте приказ командующему войск безопасности — прочесать этот район... К утру взять всех, кто замешан, допросить и расстрелять!..

Он жадно затянулся и закрыл глаза, чтобы никто не мог увидеть в них того панического страха, который невольно прорывался наружу. В голове метались обрывки мыслей: «Покушение... Меня могли убить... Как Гейдриха... Могли убить... Проклятая страна!.. О, дьяволы!.. Мало вас уничтожали, мало!.. Убивать, убивать!.. Или мы их, или... Всех... к дьяволу...

Машины мимо часовых влетели в ворота небольшого парка, пронеслись по обсаженной деревьями аллее и остановились возле старинного дворца, в котором жил обергруппенфюрер. Адъютант распахнул дверцу автомобиля, изуродованного осколками гранаты и автоматными пулями.

Франк в окружении офицеров прошел в дом. В дверях его приветствовал солдат-эсэсовец с автоматом на груди и пистолетом на поясе. Он щелкнул каблуками и застыл на месте, провожая преданным взглядом обергруппенфюрера. Но стоило адъютанту Франка подойти к двери, как эсэсовец тотчас же загородил ему путь:

— Хальт! Аусвайс![2]

Гауптман молча показал удостоверение и шагнул следом за обергруппенфюрером. Так же по очереди эсэсовец проверил документы у других офицеров. Только начальника охраны дворца пропустил, не спрашивая удостоверения.

— Черт знает что такое! — ворчал обер-лейтенант, командир конвоя. — Сколько лет вместе служим и...

— Приказ обергруппенфюрера... Ни одного человека без пропуска или документов не пускать, — тихо сказал обер-лейтенанту начальник охраны.

Во всех комнатах, коридорах, холлах, через которые проходили Франк и офицеры, стояли часовые-эсэсовцы. В приемной домашнего рабочего кабинета рядом с часовым лежала на ковре огромная черная овчарка. Она вскочила, как только скрипнула дверь, и зарычала, готовая броситься на вошедших, но окрик офицера успокоил собаку. Опустив голову на огромные лапы, она пристально следила за каждым шагом людей.

В кабинет прошли двое — Франк и его адъютант. В глубине просторной комнаты стояли массивный письменный стол красного дерева, книжный шкаф, два высоких кресла и несколько полукресел, столик с телефонами и радиоприемником, на полу расстелен огромный ковер. Возле стола сидела овчарка — точная копия той, что лежала в приемной. Она подбежала к Франку, прыгнула к нему на грудь, помахивая от радости хвостом. Но хозяин грубо оттолкнул ее от себя и овчарка, жалобно заскулив, поползла на брюхе за ним следом.

— На место, Дункель! — крикнул лейтенант, увидев, что обергруппенфюрер не в настроении.