Читаем Одиннадцатый дневник полностью

Ещё явилась неприятность,никак не думал я о ней:умеренность и аккуратностьпришли ко мне на склоне дней.

* * *

Галиматья и околесица,абсурд и чушь на ахинее —как раз та творческая лестница,с которой жизнь в разы виднее.

* * *

Увы, под гипнозом великой иллюзиимы долгие жили года,живые остатки душевной контузииостались во мне навсегда.

* * *

Я к мысли некогда пришёли повторяю временами:всё будет очень хорошо,но много позже и не с нами.

* * *

Забавно мне: я старый и хромаю,а на исходе века моеготого не знаю, то не понимаю,а не умею – вовсе ничего.

* * *

Как будто мчишься в экипаже,смотря из поезда в окно,и вдольдорожные пейзажипорой волнуют, как кино.

* * *

Сохранны и разум, и честь —чего я так духом поник?Есть курево, выпивка естьи стопка нечитаных книг.

* * *

Не жалуюсь на плохость головы,но так уж получилось по природе:я в музыке кумекаю – увы —не более, чем рыба – в женской моде.

* * *

Нет любви и нет доверия.Но и ненависти нет.И поэтому империясохранится много лет.

* * *

Плетут политики интригу,крадётся в сумерках маньяк,а я пишу большую книгу,но не начну её никак.

* * *

Я – еврей российского разлива,и с тюрьмой, и с лагерем знаком;в памяти моей былое живо,но дышу я – русским языком.

* * *

Бог нас ценит за умы,стойкость и аэропланы,но смеётся, когда мыстроим будущего планы.

* * *

Не ступал я на хлипкие сходни,что вели их в удушливый трюм,но про них я подумал сегодня,и поэтому так я угрюм.

* * *

Я дожил до весьма преклонных лет,и старческая мне открылась доля —смириться с тем, что секса больше нет,зато в избытке есть покой и воля.

* * *

Мне быть евреем – радостно и свойственно,однако же, не чувствуя греха,большое получаю удовольствие,свиные поедая потроха.

* * *

Забавно: кто-то вымучил учениеиз нескольких прельстительных идей,а это вводит в умопомрачениеогромное количество людей.

* * *

За белоснежным полотномвовсю идёт игра на вылет;увы, в борьбе гавна с гавномне важно, кто кого осилит.

* * *

Все, кто мотал тюремный срок,легко моё разделят мнение:насторожённость – не порок,а бытовое разумение.

* * *

Пусть пишу я мелкие банальности,но зато и правды я не струшу:трезвое раздумье о реальностигоречью полощет нашу душу.

* * *

Я не был человечеству обузой,поблажек и подачек не просил;пил водку, иногда сношался с музой,работы избегал по мере сил.

* * *

Не встретил достойную цель я,чтоб душу отдать ей в объятия,поэтому выше бездельяне знаю я в жизни занятия.

* * *

Я никому на свете не учительи подлости повсюдной не судья,с дивана мировых событий зритель —единственная в жизни роль моя.

* * *

Перейти на страницу:

Все книги серии Проза и гарики

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия