— Да ты что! — отозвался Сержант и мельком взглянул на часы-будильник в виде американского истребителя F-15, подарок итальянских друзей-мафиози. — Уже девять. Я на ногах. — И он перевел взгляд на лицо спящей Марианны.

— A-а… Ну тогда бери ноги в руки, Степа! Ты мне нужен.

— Опять мочилово? — без всякого воодушевления вполголоса поинтересовался Сержант. Он привык говорить в присутствии Марианны о делах так, чтобы она ничего не поняла или не расслышала, хотя понимал, что все она уже давно про него знала и скрывать от нее свою вторую натуру было бессмысленно. Да и нечестно.

— Не знаю, — очень серьезно отозвался Владислав. — Не исключаю. Здесь может быть очень горячо… — Он произнес «здесь» с многозначительным нажимом.

— Где «здесь»? — не врубился Сержант. — Ты сейчас где находишься?

— В гостях у дядюшки Сэма, — послышался смешок. — Тебе Валерьяныч разве не сообщил, куда я направлялся?

— Валерьяныч, может, и сообщил бы, коли знал бы, где меня искать! — в тон ответил Сержант, ничуть не удивившись тому, что Игнатов уже топтал американскую землю. — А что за нужда?

— Мне нужна поддержка, Степа, серьезная поддержка. Кроме тебя, тут мне помочь некому. Ты отлично ориентируешься на местности, знаешь язык… Словом, будешь чувствовать себя как рыба в воде. Ты меня понял?

Так, выходит, и впрямь дело предстоит серьезное, догадался Сержант. Владислав в Штатах — и там у него что-то закрутилось… Он ощутил, как жаркая кровь прилила к лицу, как тревожно заколотилось сердце в груди… Он вновь, как в былые времена, почуял азартный восторг охотника, всегда готового к сопряженной со смертельным риском погоне… На этот раз, похоже, риск был и впрямь нешуточный. Но зато и добыча обещала быть немалой. Иначе Игнатов ни за что не стал бы звонить ему в Россию напрямую, рискуя быть обнаруженным проворными ищейками российских спецслужб.

— Ты в курсе, что в Москве открыт сезон охоты? — спросил Сержант уклончиво. Внимательно читая криминальную хронику, он на прошлой неделе наткнулся на сообщение об объявлении Игнатова Владислава Геннадьевича в федеральный розыск.

— Знаю, знаю. Мне как раз и требуется твой охотничий опыт, — без тени иронии сказал Варяг.

Сержант сел на край кровати, сжимая в руке умолкший сотовый.

— Проблемы? — только и спросила Марианна. Она уже не спала и вполуха слушала его разговор.

Степан кивнул:

— Накрылся наш отдых, милая…

Марианна огорчилась, но вида постаралась не подать.

— А что? — спросила она с деланным участием.

— Да вот старый приятель позвонил, приглашает в Америку приехать погостить. Поохотиться. Срочно просит выехать.

Марианна покачала головой: мол, что-то ты темнишь, дорогой. Но, по своему обыкновению, не стала ничего у него выпытывать.

Глава 25

Широкая набережная между двумя мостами через Дунай, со множеством кафе и ресторанов под открытым небом, — зелеными скверами и развалами местных кустарей, торгующих незатейливыми сувенирами, в Будапеште была тем же, что Старый Арбат в Москве, — веселым, немного отдающим китчем культурным фасадом столицы, который приманивал своим мишурным великолепием не столько горожан, сколько неискушенных гостей большого города. Здесь всегда многолюдно и шумно, в воздухе витают пикантные ароматы жареной гусиной печенки и свежеиспеченных кренделей, смешанные с томным смрадом дорогого трубочного табака. В живописной толпе случайных посетителей террасы ресторана перед отелем «Интерконтиненталь» легко затеряться, особенно если поставить это своей целью.

Двое мужчин, сидящих за столиком перед стеклянной громадой современного отеля, явно того и добивались. Они притулились позади горластой компании немцев, сев спиной к их длинному столу, уставленному пустыми и полупустыми пивными кружками. Склонившись над белыми кофейными чашечками, они вели неторопливую и, как могло показаться со стороны, напряженную, тягостную беседу.

— Так вот, милейший Александр Иванович, — продолжал насмешливо-жестким тоном один из собеседников, высокий крепкий пожилой мужчина с пышной черной шевелюрой. Это был Аркадий Ильич Неустроев, один из энергичных экспортеров якутских алмазов. — В ваших интересах пойти с нами на сотрудничество. Во-первых, вы у нас под «колпаком», — и Неустроев нехорошо хохотнул, помахав перед лицом Александра Ивановича тремя листками бумаги, скрепленными скрепкой…

— Что это? — нервно поеживаясь, спросил Александр Иванович.

— Не перебивайте меня! — недовольно одернул его брюнет. — Всему свое время. Во-вторых и в-главных, все равно вам никуда не деться — если вы не поделитесь с нами, делиться придется с Генеральной прокуратурой. А вернее сказать, не делиться, а отдать все! Дружба с нами вам будет на руку, уверяю вас…

— Что это? — снова настойчиво спросил Сапрыкин, не сводя глаз с листков бумаги, которые Аркадий Ильич сжимал в руке.

— Там ваша беседа… ваши две беседы очень интересного содержания. Обе состоялись у вас на подмосковной даче. Одна… — Неустроев заглянул в первый листок, — с неким Шотой… А вторая… Впрочем, ознакомьтесь сами!