Читаем Обретая Юпитер полностью

– Он хочет только увидеть ее. Вот и все. Джозеф просто хочет увидеть свою дочь.

– А кто ты, собственно, такой?

– Я его защищаю. Неужели вы не разрешите ему увидеть свою дочь?

– Ты даже не знаешь, где он сейчас.

– Ну когда узнаю, он сможет ее увидеть?

Библиотекарша посмотрела на меня.

– Послушай, Парень-который-защищает-отца-Юпитер, скорее всего, я не смогу… Ему от этого станет только хуже, и я не уверена, что это будет хорошо для нее.

– Ей всего-то месяцев пять, – сказал я.

– Они не будут вместе, – продолжила библиотекарша. – Джозеф Брук должен это понять. Он учится в старшей школе. Он не может ее обеспечивать.

– Он учится в средней школе.

– Тем более.

– Он может ее любить.

Библиотекарша посмотрела на меня, и мне показалось, что она вот-вот расплачется – совсем как преподобный Баллу.

Может быть, она подумала, что это я вот-вот заплачу.

Может быть.

– Да, он может любить ее, – сказала она. – Может. Но нельзя любить ее только для себя. Он должен любить ее ради нее самой. Позволить ей жить той жизнью, которая предстоит ей в новой семье.

– Он только хочет увидеть…

– Я понимаю, правда понимаю.

– Вы ее опекун, – догадался я, – ведь так?

Библиотекарша промолчала.

– Передай Джозефу, что с Юпитер все в порядке, – попросила она. – Передай, что она растет, счастлива и у нее будет новая семья. Что ей нужна семья, что он и его отец должны отпустить ее.

Я стоял и гадал, что бы сделал Джозеф, окажись он на моем месте.

– Я, кажется, прошу тебя о слишком многом, – вздохнула библиотекарша.

Я кивнул.

Вообще-то, было понятно, что как только я это все выдам Джозефу – он сломает мне нос.

– Позаботьтесь о ней, – сказал я. Снова кивнул и повернулся, чтобы уйти. Что еще мне оставалось делать?

– Парень-который-защищает-отца-Юпитер, – позвала она.

Я обернулся.

– Передай ему еще, что она красивая. Скажи ему, что я обещаю ее беречь. Обещаю, что она найдет семью, где ее тоже будут любить.

– А вы расскажете Юпитер о Джозефе? – попросил я. – Как он пытался ее найти.

– Расскажу.

– Он очень старался. Ладно?

– Расскажу.

– И он любит ее. И всегда будет любить, даже если они и не встретятся.

– И это я ей тоже расскажу.

Я направился к выходу. Еще немного, и я бы заревел.

Не хватало еще разреветься в публичной библиотеке Брансуика.

И тут зазвонил телефон.

Я обернулся.

Библиотекарша достала телефон из сумки.

С минуту она слушала. И посматривала на меня.

– Понятно, – сказала она. – Какой он? Опиши.

И через минуту:

– Я знаю, кто это. Отец Юпитер. Нет, правда. Это отец Юпитер. Лучше вызвать. Сейчас вернусь.

Она убрала телефон обратно в сумку.

– Это ведь не какой-то план, правда?

– План?

– Ты приходишь ко мне на работу, а он – ко мне домой. Вы так это планировали?

– Джозеф у вас дома?

– Мой муж говорит, что он с полудня ходит перед домом туда-сюда. Если это план, то он просто вас обоих…

– Никакой это не план. Ну, идемте же!

Она посмотрела на меня:

– Идемте? Ты-то здесь при чем? Я ухожу. А тебе лучше вернуться к себе домой.

Я скрестил руки на груди.

– А, точно, ты тот парень, который его защищает.

– Да, – сказал я. – Защищаю.

Библиотекарша вздохнула, потом еще раз, посмотрела на свою коллегу – та пожала плечами, – снова вздохнула…

– Ладно, – решилась она. – Не стану я обращать внимание на свою интуицию и возьму тебя с собой. При условии, что ты…

– Давайте об условиях уже в машине, а? – предложил я.

Она рассмеялась, потом кивнула.

– Тогда поехали, – сказала она. – Ты не против, если я поведу?

– Мне двенадцать, – сказал я.

– Никогда бы не подумала!

И мы вышли из библиотеки на холод.

У НЕЕ БЫЛ миллион условий.

Я должен оставаться в машине.

Мой ремень безопасности должен быть пристегнут, даже когда машина будет стоять.

Я не должен вмешиваться.

Я не должен ожидать встречи с Юпитер.

Я действительно не должен вмешиваться.

После того как мы найдем Джозефа, я должен немедленно найти своих родителей.

Я точно понял, что не должен вмешиваться?

Мы выехали со стоянки у библиотеки, объехали памятник Джошуа Лоуренсу Чемберлену (выглядел он довольно замерзшим) и проехали мимо Боудин-колледжа. Потом свернули направо на улицу, на которой было полно машин, и тащились по ней целую вечность. Я заерзал, и библиотекарша спросила:

– Тебе надо в туалет?

Но я просто продолжал высматривать в окно Джозефа.

Наконец я его увидел. Джозеф стоял перед небольшим кирпичным домом с палисадником, который летом, наверное, был довольно милым, а сейчас выглядел голым. Джозеф стоял скрестив руки на груди, с таким видом, будто не сойдет с этого места до конца света.

Вероятно, так бы он и сделал.

Мы свернули на дорожку у дома.

– Оставайся здесь, – сказала библиотекарша.

Джозеф сначала увидел меня, а потом уже – как она выходит из машины.

И вытянул руки по швам.

Смотрел.

Библиотекарша подошла, встала перед Джозефом, протянула руку, чтобы дотронуться до него, но Джозеф отшатнулся.

Она опустила руку и что-то сказала.

Он кивнул.

Она показала назад на машину, на меня.

Он покачал головой.

Она вздохнула.

Что-то еще сказала.

Джозеф снова покачал головой.