Читаем Обманщики полностью

Он поспешно поцеловал ее в губы, затем снова повернулся и прижал рот к ее губам. «О, Мэри!»

Чандра Сен ждал его снаружи. «Нужна ли нам большая вечеринка, сахиб? Это займет больше времени. Мне придется собрать людей со всех моих поместий. Но нас здесь шестеро, не считая вашей чести».

«Пока этого будет достаточно. Но я думаю, вам лучше послать предупредить остальных, что они могут понадобиться утром… У тебя есть? Хороший».

Во дворе ждали пять всадников. Двое несли сабли, два мушкета и одну пику. Копейщиком был его собственный дворецкий Шер Дил. Там же находился и его конюх, державший лошадь, а пистолеты были готовы в кобурах на передней арке. Маленький мальчик, сын Чандры Сена — примерно такого же возраста и размера, как мальчик, которого Уильям только что видел убитым—, держал уздечку седьмой лошади. Завуалированные тени женщин пронзительно шептались из освещенных дверных проемов и окон дома.

Уильям собрался с силами и медленно качнулся в седло. Он поднял руку. «Твой хозяин рассказал тебе, что произошло?» Гонщики пробормотали согласие. «Хорошо. Сначала мы отправимся в рощу, где были совершены убийства. Если мы ничего там не найдем, нам лучше рассредоточиться и обыскать дороги».

«Откуда мы узнаем убийц, сахиб?» сказал Чандра Сен.

Уильям остановился. Что как они выглядят? Они были невзрачны: два брахмана, еще четверо или пятеро. Торговец жиром — его лицо было достаточно ясным. Двое других были мусульманами; он знал это по их тюрбанам. Один был старый; он помнил морщинистое лицо. Один был молод — нет, это был один из брахманов. Но были ли некоторые из них среди убитых? Сикх и его сын были не единственными, кто был убит. Или были? Это произошло слишком быстро. Тогда ему следовало бы описать этого кривоногого человека; его тоже следовало бы поймать; но описать его было невозможно, если бы не эта согнутая шея.

Сбивчиво он рассказал партии то, что помнил. Его уверенность в себе пошла на убыль, так что из-за боли он почувствовал себя плохо и его чуть не стошнило. Теперь он не был уверен, узнает ли он кого-нибудь, кроме толстяка с выпученными глазами и грызущими губами. Людей привозили в его тюрьму на веревках, и он не мог им поклясться. Что бы сказали законы доказывания? Что бы сказал мистер Уилсон?

Чандра Сен взял бразды правления в свои руки, пристально глядя на Уильяма. «Этого достаточно. Мы поймаем их, если нам придется арестовывать каждого путешественника на дорогах».

Уильям дернул плечами, как будто этим жестом он мог избавиться от беспокойства, и толкнул лошадь на быстрый галоп. Шестеро всадников один за другим мчались за ним по улице, затем по тропинке между пустыми лунными полями, затем в джунгли, где копыта лошадей» громко бились о корни деревьев, а искры летели от факела Чандры Сена в лица всадников позади.

Роща убийств молчала. В угасающем лунном свете тени лежали по-другому, и Уильям не был уверен, что это оно. Днем его было достаточно легко узнать, но были и другие рощи. Он не знал… он не был уверен.

Он обуздал коня. «Чандра Сен, это то самое место — я думаю».

Чандра Сен поднял факел, держа в другой руке поводья и обнаженный меч, и посмотрел на него — что? сострадание? Черт их всех побери, это произошло именно так, как он описал.

Всадники толкались вперед, а лошади тихонько дули друг другу в ноздри и кусали друг друга за шеи. Один мужчина закашлялся, другой прочистил горло от пыли, плюнул и выругался себе под нос. Шер Дил официально сказал: «Тишина!»

Уильям думал, что это то самое место. Он не знал, что теперь сказать или сделать, и молчал, косноязычный.

Чандра Сен воскликнул: «Вы трое, возвращайтесь по дороге, до самой Мадхьи. Расскажите полиции Даффадара, что произошло. Бхиму, Шер Дил, сопровождайте Коллекционера-сахиба и меня. Я думаю, что злодеи могли пойти дальше, сахиб, и пересечь реку».

«Они все равно не воспользовались паромом, — тупо сказал Уильям. «Он будет закрыт».

«Да, но торговец мог солгать сикху о направлении, в котором он ехал. Возможно, он пересек реку ранее в тот же день. И человек, мусульманин, который был с сикхом, , по-видимому, пересекся с сикхом и его сыном. Давайте пойдем и выясним, что мы можем».

«Хорошо».

Чандра Сен развернулся и, за ним последовали Уильям, Шер Дил и мрачный сторож, поскакал к парому. Они достигли западного берега реки за несколько минут и по пути никого не встретили. Банк был пустынным и тихим; дома Бхадоры напротив были темными; в хижине паромщиков горел единственный маленький огонек. Чандра Сен кричал и кричал снова, и в третий раз по воде проворчал угрюмый голос в ответ.

«Кто ты, черт возьми? Подожди там и спи до утра. Любой человек, который путешествует ночью, — проклятый дурак».

«Говорит Чандра Сен, патель, а с ним Коллекционер-сахиб из Мадхьи, — сказал Чандра Сен тихим, высоким голосом, который пронесся над темной водой и эхом отозвался из домов. Наступила долгая пауза. Тогда паромщик, голос его был громким нытьем, «Я иду, ваша честь. Я приду так быстро, как смогу».