— Нет, — словом как отрубил Обмани смерть, — тогда это будут наши соотечественники. А пока их отечество, это платежная ведомость.

— А из этой Ирины, — продолжил он, — с ее интуицией, силой воли и таким страшным жизненным опытом отличный криминалист получиться. Ты ей скажи это Даша, пусть учится.

— А ещё, что ей сказать? — требовательно спросила Даша.

— Пусть по полицаем которые ее друга забили не стреляет, — мрачно посоветовал Обмани смерть, — во первых это след по которому её быстро вычислят. А во вторых… Сейчас полиция это разнородная и внутренне разобщенная масса. Кроме денежного содержания их мало что объединяет. Система это хорошо понимает и делает всё возможное, чтобы выделить свою охрану полицию в отдельное сословие — клан, который будет биться за свой сословный интерес до конца. А для этого только денег, которые им платят мало, надо чтобы их ненавидели, чтобы они чувствовали себя чужими в окружении враждебного им общества. Сделать это не так просто как кажется, пушечное мясо полиции её рядовой и младший командный состав в нашем народе имеет родителей, жен, друзей, соседей или просто хороших знакомых. И хотя полицию уже сейчас мягко говоря не уважают, но окончательно связь между ними и нами ещё не разорвана. Если начать по ним стрелять, то это их быстро консолидирует, над всеми ещё не окончательно утраченными моральными ценностями, возобладает инстинкт самосохранения и тогда они будут более беспощадны и жестоки чем любые оккупанты.

Договорив Обмани смерть как выдохся и дальше сгорбившись молча сидел на коробке с книгами. Было видно, что он устал от жизни, устал от болезни, устал от ожидания неминуемой смерти. Но ещё не были оборваны все нити, державшие его на этой земле, и он опять четко и внятно заговорил:

— Поговори с этой девушкой, предупреди о последствиях и если она твердо всё решила, то это ее право, ее выбор. Выбор и право выступить за защиту своей земли с оружием в руках. И вот, что еще…

Обмани смерть достал из кармана, медаль на ленте и смущенно:

— Хотел похоронить и закопать, но думаю правильнее ее тебе отдать, возьми Даша, теперь она твоя.

Девушка взяла металлический диск и посмотрела на выбитые в металле кроваво красные слова «За Отвагу».

Снайпер вышел на позицию, подготовил оружие, в окуляре прицела увидел насильника неприкасаемого для закона, уверенного в своем праве калечить тела и души людей. Даша затаив дыхание, соединила контакты. Вспыхнул порох, вращаясь по каналам ствола полетела пуля…

Следующей на огневой рубеж вышла Ирина…

Потом был ещё выстрел, а затем через неделю Даша прочитала в интернете короткое информационное сообщение о задержании Петра Николаевича Волина. Больше ей ничего не было известно, но не было арестов и допросов людей, которых знал Петр Николаевич. Он уводил за собой их смерть.

— Дарья Сергеевна? — невзрачный просто одетый пожилой человек, заметно прихрамывая подошёл к Даше когда она во второй половине дня вышла на территорию медицинского комплекса отдышаться от пропитанного запахами хлорки и лекарств воздуха хирургического отделения больницы.

— Да? — оглядывая его, настороженно спросила Даша.

— Это вам, — мужчина с морщинистым лицом протянул ей пачку мятых листов, — просил передать Петр Николаевич Волин. Вы его знаете?

— Кто вы? — внешне спокойно спросила Даша. У нее всё как заледенело внутри (кровеносные сосуды сузились машинально, как врач отметила девушка) и Даша заморожено попыталась улыбнуться.

— Мой сын работает в СИЗО, — бесцветным тоном ответил мужчина, — ваш папа Сергей Александрович его вылечил, поэтому он выполнил просьбу Волина и через меня передает его записки вам. Вы возьмете?

— А от меня, — взяв листы и не зная куда их убрать, нервно засуетилась Даша, — от меня посылку Петру Николаевичу он сможет передать? Я быстро все соберу, подождите пожалуйста, я быстро.

— Нет, — покачал головой пожилой человек, — он ничего передать не сможет.

— Я заплачу! — всхлипнула Даша.

— Волин был вчера убит при попытке к бегству, — пожилой человек с сочувствием посмотрел на сильно побледневшую девушку и не удержался от вопроса:

— Он вам кто?

— Друг, — хрипло ответила Даша и волевым усилием заставила себя говорить спокойно:

— Пожалуйста, — попросила она, — узнайте, где его тело и сообщите мне.

— Узнавать ничего не надо, — тихо сказал пожилой человек, — я работаю водителем в бюро судмедэкспертизы, сегодня утром тело вашего друга привезли в морг этой больницы.

Эпилог