Читаем Обмани смерть полностью

Все вещи были собраны в большие картонные коробки, мебель уже вывезена из квартиры. В комнатах было пусто и пугающе тихо, как будто жизнь из них ушла вместе с нажитыми за годы нужными вещами и ненужным, но таким привычным барахлом. Обмани смерть сидел на обмотанной скотчем коробке и неторопливо листая, просматривал старый фотоальбом. Дедушки и бабушки, мама и папа еще до свадьбы, такие молодые. А вот и он шести месяцев родом. Потом на фотографиях он взрослел, родители понемногу старели, но были рядом. А вот он в армии, в университете, он с женой ещё до свадьбы, кроха сын такой забавный, потом он и жена понемногу старели, а сын взрослел. Потом сын уехал за океан, жена за ним, а он остался один. Всё круг пройден, жизнь прожита, квартира продана, а он уезжает в никуда. Осталось только сжечь все фотографии, чтобы его память и его жизнь не лапали чужие руки, осталось только уехать, презираемым, оболганным, одиноким. Обмани смерть полил фотографии бензином, безжалостно и быстро сжег их в кухонной раковине, пепел смыл в канализацию. Всё. Как пусто, как одиноко, как будто он сжёг свою душу.

Звонок от входной двери. Даша пришла. Он пошел открывать дверь. Осталось немного пройти по пустым комнатам и отворить дверь, осталось немного сделать в этой жизни, выйти на последний бой, чтобы обмануть смерть, выдернуть из её лап тех людей, что стали ему родней по духу и по стране в которой судьбой им выбран жребий, родится, жить и умереть.

Вошедшая девушка молча прошла за ним в комнату и присела на соседнюю коробку. Она разной бывает эта минута молчания иногда её время целая жизнь, иногда мгновенье полета пули. Поминальная минута прошла, пора к делу и Обмани смерть глухо сказал:

— В этих коробках моя библиотека. Книги возьми себе. Все деньги на карточке, вернется Андрей, отдашь ему. Долю моей жены и сына от продажи квартиры, я им уже перевел.

— Хорошо, — грустно и тихо сказала Даша.

— Через два месяца я вернусь, начну вытаскивать Андрея. Ты Даша пока затаись. Приговор по Кольцову отменят, Андрей вернется. Тогда ты с ним и обсудишь, что делать дальше. Обещаешь?

— Нет, — отрицательно покачала головой Даша.

— Это еще почему?! — со злым раздражением от ее своевольства поинтересовался Обмани смерть.

А потому, что Даша слушала, как уверенно ей говорила Смерть:

— Я как на суде тебя и того адвоката увидела, так сразу поняла, что тут дело не простое, — идя рядом с Дашей негромко говорила Ирина, — да и дядька этот по виду не из тех кто полицаем за пару костей в миске своих друзей предает. А когда ты за него перед той женщиной вступилась, то как щёлкнуло в голове у меня. Всё враз поняла. Кольцов спецом всё на себя взял. Это он тебя Даша прикрыл, потому-то ты с ним в суд и пришла попрощаться. А дядька этот всё знает, потому и вёл себя как купленная ссученная гнида.

Даша взглянула на Смерть и промолчала.

— Даша, — негромко попросила Смерть, — возьмите меня к себе.

— Не понимаю о чём это ты? — холодно и внешне спокойно ответила Даша и ускорила шаг.

— Когда этих тварей казнить стали, — стараясь попасть с Дашей в ногу, быстро и нервно заговорила Смерть, — я всё вспомнила: как тетка моя в камере умерла; как ее квартиру у меня отобрали; как меня избивали; как наручниками к батарее приковали; как сосала у полицаев; как за дозу на грабежи ходила; Венькины крики помню когда его насмерть в участке забивали. Пока вспоминала, ревела и как огнем меня жгло. Они же нас в скот превратили. Вот и решила, сил наберусь и тоже начну. Вижу с ними по-другому уже нельзя.

— Ира, — не глядя в её сторону, слушая только бешеный ритм ударов своего сердца, твердо ответила Даша, — ты ошибаешься. Я тут не причём.

— Ну не причём, так не причём, — невесело улыбнулась Смерть и тоскливо, — тогда я одна.

Даша остановилась, Смерть встала рядом.

— Не надо одной, — тихо попросила Даша, — я сейчас не могу ничего сказать, потом поговорим, жди, а сейчас мне действительно надо уйти.

Даша перешла дорогу и дальше пошла одна, а Смерть смотрела ей вслед.

Обмани смерть не прерывая выслушал Дашин рассказ. Передернул плечами.

— Не было печали, так черти накачали, — расстроено заметил он и злобно, — Я же тебя просил на суд не ходить, как чувствовал, что там что-то неладное будет. Вот оно и случилось.

— Если догадалась Ирина, то и полиция сможет, — тревожно заметила Даша, — вы же сами предупреждали, там не одни тупые костоломы сидят. И поспешно добавила:

— Вы не думайте, что я за себя испугалась, может быть всё еще раз проанализировать надо, вдруг мы ошибку сделали, вдруг Андрей зря всё на себя одного взял?

— Эта девушка всё быстро поняла, потому что мысли у вас обоих на одной волне, — ладонью сильно потер заросший щетиной подбородок Обмани смерть, — есть такая теория, если люди одинаково мыслят, то они понимают причины и следствия поступков человека который чувствует как и они. Это почти сродни чтению мыслей. А чтобы обо всём догадались в полиции, им надо настроиться на одну резонансную волну с нами. Если они это смогут, то это будут уже не полицаи.

— А кто? — с сарказмом поинтересовалась Даша, — Экстрасенсы?