Читаем Ночь ястреба полностью

На этот раз Макланан уже с уверенностью мог сказать, что по нему стреляют из ангаров. Он двигался так быстро, как только мог, не решаясь передохнуть и ведя огонь по вспышкам выстрелов. И все же на половине пути он был вынужден остановиться, чтобы поменять магазин и дать отдохнуть левой руке. Стрелявшие, похоже, подошли ближе, и Макланану показалось, что он заметил какое-то движение возле «Молота». Но четких целей видно не было, поэтому он схватил тело второго пилота и потащил...

...И в этот момент возле задней двери десантного отсека «Молота» появились два солдата, они целились в Макланана из автоматов, похожих на АК-47, с длинными рожковыми магазинами. Их силуэты были ясно видны в свете горящего двигателя, и Патрик понял, что его, наверное, тоже хорошо видно. Прозвучали выстрелы, и Макланан инстинктивно бросился на землю, прикрываясь трупом, как щитом. Но солдаты находились всего в нескольких десятках ярдов от него — они не могли промахнуться.

* * *

Терехову пришлось пройти почти половину коридора, прежде чем он подошел к бетонной камере размером три на три метра, построенной КГБ много лет назад. Охранника на посту не было, значит, Люгер мог находиться без присмотра с самого момента объявления тревоги. Ладно, не имеет значения. Все равно он...

При очередном взрыве, по мощности в десятки раз превосходившем все три предыдущие вместе взятые, Терехов от неожиданности выронил лампу. Взорвали арсенал? Без сомнения, триста автоматов и тысячи патронов были уничтожены этим взрывом. Кто бы они ни были — морские пехотинцы или дьяволы, — но действуют они очень быстро.

К счастью, лампа не разбилась, когда Терехов уронил ее, и поблизости горело еще несколько ламп, поэтому в самом подвале не было темно. Он шагнул к двери камеры, открыл глазок и, подняв лампу, заглянул внутрь.

В камере никого не было видно. На ее стенах лежали густые тени, потому что света его лампы было недостаточно, чтобы осветить всю камеру. Кровать Люгера пуста, система жизнеобеспечения и прочее оборудование выключено. Значит, Люгеру удалось освободиться, и он как сквозь землю провалился.

Терехова охватила паника. Что же с Люгером — сошел с ума или мертв? Майору срочно нужна была помощь. Он попытался позвонить по телефонам охраны, но все они не работали. Рации у него не было. И вообще — он один. В подвале темно, горит только его лампа и еще несколько в отдалении. Терехов порылся в столе охранника в надежде отыскать гранату со слезоточивым газом, дубинку или что-нибудь такое, с помощью чего он мог бы в одиночку справиться с Люгером. Но ничего не нашел. Что ж, решил он, ложь ничуть не хуже других средств.

Терехов вернулся к камере и, держа в руке «Макаров», крикнул по-английски:

— Лейтенант Люгер, я — майор Терехов, помощник генерала Габовича. Меня отправили сюда, чтобы увести вас наверх. Выходите, чтобы я мог видеть вас. Немедленно.

Никакого ответа не последовало.

Прозвучавшие где-то наверху взрывы сотрясли здание — два, четыре, может быть, десять, и все такие громкие, пугающие. Терехов почувствовал, что у него вспотели ладони. Он вытер их о брюки и снова крепко сжал пистолет.

— Вы слышите меня, лейтенант? Штурмовая группа американских морских пехотинцев приказала нам взорвать арсенал и привести вас на первый этаж для обмена пленными. Если вы не согласитесь с моим требованием, морские пехотинцы решат, что вы убиты, и взорвут здание. Вы и все остальные, находящиеся внутри, погибнут. Неужели вы станете рисковать жизнью, когда освобождение так близко? Но я тоже не хочу рисковать своей жизнью. Выходите, чтобы я мог вас видеть, и я провожу вас наверх.

И вновь никакого ответа.

Люгер прижался к двери камеры, чтобы его не было видно снаружи в глазок. Ты больше не безвольный, одурманенный наркотиками, обезумевший заключенный, сказал он себе. Терехов пришел сюда, чтобы убить тебя. Собери все силы, Дэйв, потому что второго шанса не будет.

Он знал, что камера закрыта на замок и два засова, ее не вышибешь, даже если она будет закрыта только на засовы. Он если и мог бы справиться, то лишь с одной задвижкой. Люгер начал собирать в кулак все силы, всю ярость, думая только о том, зачем Терехов явился сюда. У него будет один-единственный шанс.

* * *

Звучали выстрелы, и тело Макланана подпрыгивало при каждой очереди, но стрельба велась не спереди, а сзади! Джон Ормак, не снявший свой шлем и очки ночного видения, подбежал к Макланану, стреляя на ходу из пистолета.

— Сукины дети, — выругался Ормак. Патрик услышал громкий, глухой щелчок — у Ормака кончились патроны.

Торопливо перезаряжая пистолет, Ормак крикнул:

— Патрик! Беги!

Двое вражеских солдат нырнули под фюзеляж «Молота». Макланан воспользовался этой возможностью, вскочил на ноги, схватил труп второго пилота и потащил его к зданию. Он услышал, как Ормак вставил в пистолет новый магазин и снова открыл огонь.

Несколькими выстрелами из своей «беретты» Ормак вышиб замок в двери, они заскочили внутрь здания и закрыли за собой дверь. Макланан еще дополнительно забаррикадировал ее изуродованным телом второго пилота.