Читаем Ночь ястреба полностью

— Подожди, Патрик. Что ты собираешься делать?

— Спасти Дэвида, вот что. Отойдите назад.

— Но ты не можешь...

— Черт побери, Джон, я же сказал, отойдите назад!

Ормак оттащил пилота и инструктора от двери, а Макланан тем временем несколько раз выстрелил в замок. Через несколько секунд замок разлетелся на куски. Макланан сменил магазин в автомате и приготовился войти внутрь.

— Подожди, — остановил его Ормак, — я пойду с тобой.

Макланан хотел было возразить, но передумал, он понимал, что ему понадобится поддержка.

— Возьми, — Ормак снял свой шлем с очками ночного видения и протянул его Макланану, который надел его и закрепил ремнями. — Ты лучше управляешься с этим пехотным дерьмом, чем я. — Но когда Ормак протянул Макланану инфракрасный осветительный патрон, тот не взял его.

— Если у его охранников имеются приборы ночного видения, то я буду для них хорошей мишенью, — пояснил он. — Там должны быть бойлеры и печи для сжигания мусора, так что у меня будет достаточно света.

Ормак взял второй автомат, проверил магазин, поставил оружие на стрельбу одиночными выстрелами и кивнул Макланану.

Макланан, прикрываемый сзади Ормаком, пригнулся и медленно потянул стальную дверь. Никакой реакции со стороны противника на это не последовало. Так же медленно он распахнул ее полностью и сунул что-то под нее, чтобы дверь не закрылась. Сразу за дверью следовал приступок, с которого несколько ступенек вели вниз. Коридор был забит какими-то темными трубами и громоздким оборудованием. Тем временем крик несколько стих, но, судя по звукам, кричавший находился не очень далеко. Макланан присел на корточки, частично защищаемый стальными перилами лестницы, и внимательно осмотрел коридор, пытаясь заметить какое-нибудь движение, которое могло бы выдать тюремщиков Люгера. Ничего. Вдалеке, в направлении источника крика, мерцал слабый свет, и Макланану показалось, что этот свет движется.

Омоновцам наверняка известно, что в здании находится противник, поэтому нельзя было рассчитывать на внезапность. Макланан набрал полные легкие воздуха и закричал:

— Морская пехота США! Вы окружены! Сдавайтесь! — Затем крикнул то же самое на русском, который его настойчиво заставляли учить Уол и другие морские пехотинцы в Кемп-Леджене.

Крик резко оборвался. У Макланана комок подкатил к горлу, он подумал, что охранники убили Люгера, и приготовился открыть огонь...

...Но в этот момент раздался четкий крик:

— ПАТРИК! Я ЗДЕСЬ! ПОМОГИ МНЕ!

* * *

«Проклятье, проклятье, проклятье!» — ругался про себя Терехов.

Значит, это американские морские пехотинцы штурмовали «Физикоус», и вот они здесь! И хуже того, Люгер — это дерьмо — до сих пор жив! Надо успеть покончить с ним, пока не подоспели американцы. Пустить Люгеру пулю в голову, потом ранить себя, избавиться от пистолета и притвориться таким же заключенным, как и Люгер. Возможно, морские пехотинцы не убьют его, если увидят, что он ранен. Держа пистолет наготове, Терехов открыл замок и...

...И вдруг дверь рывком распахнулась, Дэвид Люгер выскочил из камеры и кинулся на Терехова.

Близость морских пехотинцев, рычащий Люгер, бросившийся на него, — все это совершенно сбило с толку Терехова и заставило думать уже только о себе. Оказывается, Люгер не был ранен, и теперь он дрался за свою жизнь.

Лампа вылетела из руки Терехова и закатилась под стол охранника. Удар Люгера пришелся Терехову по коленям, он стукнулся спиной о стол, но не упал. Люгер дрался, словно бешеный, его костлявые пальцы вцепились в тело Терехова. Рыча, как зверь, извиваясь, он ухватил Терехова за запястье правой руки и сжал со всей силой, на которую был способен. Другой рукой он шарил по лицу Терехова, пытаясь разорвать ему ноздри и оторвать уши. Потом он ударил Терехова в лицо кулаком, затем локтем и снова кулаком.

Но ни один из ударов Люгера не причинил настоящей боли Терехову. Дэвид был слишком слаб, слишком истощен. Терехов освободил правую руку от захвата Люгера и с силой ударил противника пистолетом по голове. Люгер согнулся, и в этот момент Терехов ударил слева. Истощенное полуголое тело Люгера пролетело несколько метров и с силой ударилось об открытую дверь камеры.

Оглушенный Люгер все же сумел приподняться на одно колено и поднял голову. Терехов похолодел от страха. Он еще никогда в своей жизни не видел таких диких, кровожадных глаз. Они были широко раскрыты, бешено вращались, сверкали. Губы Люгера были растянуты в зверином оскале, зубы обнажены, кровь текла из раны на голове, покрывая смертельно бледное лицо алыми струями. Терехову показалось, что он загнал в угол раненого зверя, — не было ничего человеческого в этом изможденном оскалившемся существе.

И майору стало гораздо легче от этого. Он поднял «Макаров», прицелился и...

— НЕ-Е-Е-Е-Т! — закричал кто-то сзади.

Быстро повернув голову, Терехов увидел человека с автоматом, выскочившего из темноты. Не целясь — с такого расстояния невозможно было промахнуться — майор дважды выстрелил в Люгера и повернулся лицом к новому противнику.