Я заглянула туда. Из кустов вышла женщина в лохмотьях. Там было еще много людей, но я не слишком хорошо их видела, потому что они оставались в кустах. Женщина шла через траву. Она придерживала свой бок. На спине ее пальто было темное пятно.

В патио находилась другая женщина, которая зажгла свет. Она была высокой, с каштановыми волосами. На ней была красивая ночная рубашка и халат. Она всматривалась в темноту. Затем спросила:

— Кто здесь?

Первая женщина вышла на свет, и я увидела, что она чернокожая. Она спросила:

— Мисс МакКаллистер? Нам нужна помощь. — Затем она упала на пол.

Другая женщина поставила фонарь и опустилась на колени рядом с чернокожей женщиной, и немного ее повернула.

— У вас идет кровь, — сказала она.

Чернокожая женщина ответила:

— В меня стреляли. Но я верю, что в Доме Эмбер мы в безопасности.

— Вы правы, — ответила высокая женщина. — Вы будете в безопасности. — Затем продолжила, — Теперь можете помочь мне, отнести ее в дом.

И я решила, что она разговаривает с нами, и двинулась было вперед, но Фи захихикала и сказала:

— Не ты, глупенькая. — И я увидела, как из кустов выходят еще пять человек в лохмотьях.

— Откуда вы узнали, что можете прийти сюда? — спросила высокая женщина. — Я вас знаю?

Чернокожая женщина покачала головой. Она сказала:

— Дом Эмбер знает меня.

Глава 13

Меня разбудил солнечный свет, лившийся в мое окно.

Моей первой мыслью было: Почему мне это приснилось?

Я тихо лежала, давая себе возможность реконструировать свои ночные приключения. Было такое чувство, что мне раньше уже снился этот сон. Когда я была маленькой. Вот только сейчас я думала, что возможно, это был совсем не сон. Может быть, я видела одну из тех штук, которые описывала Мэгги — тени. Маленькая я посчитала это сном, потому что других вариантов не было. Я подумала, а что если я много раз видела тени, но не осознавала этого.

Но если мой сон был тенью, тогда симпатичная рыжеволосая девочка это должно быть моя прапрабабушка Фиона, которая показывала мне еще одну нашу родственницу. Маеве МакКаллистер, вероятно, хотя с ее распущенные в темноте волосы было сложно сопоставить с лицом, которое я знала по ферротипиям.

При этом самым жутким было то, что во сне была Эмбер, которая как обычно играла в прятки. Она не была игрой моего воображения, но чем-то другим. Если она была ребенком с фотографий Маеве, то что же с ней произошло, если ее призрак играл со мной и Джексоном? А десять лет спустя она подвергла меня снежному испытанию?

Я знала, что Эмбер не была тенью — она общалась со мной. Я задумалась, а Джексон видел ее на самом деле или просто притворялся. И мне стало интересно, показывалась ли она еще кому-нибудь. Фиона в моем сне разговаривала с ребенком смешанной расы. Буквы в посвящении в больничном крыле — Э. М. Э могло бы значить Эмбер. Могло ли быть так, что Фиона тоже видела мою призрачную подружку.

Белый свет, отражавшийся от снега, привлек меня к окну. Мир сверкал алмазами под безоблачным небом, каждая деталь резко выделялась в морозном воздухе. Я могла видеть через реку, вплоть до холмов за ней — нарисованный углем деревья тянулись ввысь, каждый лучик света ослеплял меня.

Момент прошел. Мои мысли вернулись, заполнив мою голову колтунами, яростными детскими каракулями, линиями и пересечениями.

Почему я вижу все это? Что дом пытается мне сказать?

Ход мыслей Мэгги заразил меня.

* * *

Внизу на кухне Сэм с Мэгги делали блинчики в виде животных.

— Привет, Сара, — сказал он, мило улыбнувшись. — Ты будешь мышь или слона?

— Слона, — ответила я, решив, что теоретически, он будет больше, что оказалось неправильным. Сэм счастливо улыбался черничной улыбкой, поедая блинчик в виде мыши, который был в три раза больше слона.

— Как твои дела? — спросила Мэгги, ставя передо мной мою тарелку.

— Я… — Удастся ли мне когда-нибудь обречь все в слова? Я не могла. Я резко покачала головой и пожала плечами. — Я… пытаюсь ждать. Как ты сказала. Дать ему шанс.

— Вот увидишь, — улыбнувшись и кивнув, сказала она. — Это сработает.

— Похоже, что ты в этом уверена.

Она склонила голову, и успокаивающе посмотрела на меня.

— Старый дом хранил семейные секреты столетиями. Тебе не кажется, что он хочет лучшего для нас?

Я положила в рот кусочек блинчика. Я не хотела отвечать на этот вопрос — не хотела даже начинать думать о том, чего может хотеть дом.

Чтобы поблагодарить Мэгги за завтрак, я помыла посуду и, стоя у раковины, думала о Фионе. Почему-то казалось, что все время с нашего переезда сюда, Фиона старалась что-то мне сказать. Фрагменты стихотворения. Сны.

Ну, может, не конкретно мне. Может быть кому угодно, кому-то из будущего, кто ее услышит. Кто сможет ей помочь. Она говорила: «Что-то пошло не так». Казалось, что обязанностью моей прапрабабушки было выяснить, что именно пошло не так.

Мама говорила, что Фиона опубликовала «несколько томов» со стихотворениями. Когда была вытерта последняя тарелка, я отправилась в библиотеке. В конце концов, это ведь Дом Эмбер, здесь ничего не выбрасывается и не теряется.