Читаем Невеста на замену полностью

Разочарованная и с гадливым ощущением в груди вновь улеглась в кровать, но не прошло и минуты, как дверь в комнату открылась, и кто-то зашёл.

Лежу, притворяюсь, будто без задних ног крепко сплю, а у самой аж кончики ушей вытянулись, настолько прислушиваюсь, чтобы по звукам понять, кто же пришёл.

Кто ищет, тот всегда найдёт, а в моём случае, кто прислушивается, тот обязательно услышит.

Сначала возле стола прозвучал звон посуды, после чего сразу донеслось тихое ругательство:

— Чёрт…

И то был голос Вадима!

Пришлось приложить просто невероятное количество сил, чтобы удержать губы и не расплыться в довольной улыбке.

Он и не думал сбегать от меня сразу после бурной ночи, а ходил за завтраком. Как же это мило и трогательно!

Когда чувство восторга немного утихло, я призадумалась, почему всякий раз, когда ситуация может читаться двояко, у меня в голове только плохое? Вот сейчас, например, у меня даже мысли не промелькнуло, что Адашев спустился за завтраком, я подумала: «Получил своё и ушёл, потому что не любит, и на фиг я ему не сдалась».

Надеюсь, не перекладываю вину на других, но мне кажется, так происходит, потому что с младенчества чувствовала себя нелюбимой и лишней. Это чувство так глубоко въелось в меня, и теперь мне трудно поверить, что я кому-то нужна.

Другими словами, из-за непростого детства во мне прочно сидит комплекс неполноценности. И этот самый комплекс в своё время заставил меня сбежать от Вадима, что чуть не стоило мне жизни, а Адашеву кучу нервов.

«Я привлекательная и неглупая, меня можно любить» — сделала себе мысленное внушение, а после ещё и прикрикнула. — «И хорош притворяться, что спишь! Так, себя ведут только неуверенные дурочки».

— Доброе утро, — мягко произнесла я, после чего Адашев, колдующий над столом, тут же развернулся ко мне и дьявольски обаятельно улыбнулся.

— Доброе утро, — отозвался Вадим и, присев рядом, поцеловал так, словно мы целую вечность не виделись, и он жутко соскучился. — Голодная?

— Голодная, и ещё как, — призналась я и, вытянув шею, оглядела завтрак. — М-м-м, обожаю улитки с маком. Скорее давай их сюда.

Пока Адашев возился с подносом, я быстренько обернулась одеялом, ведь на мне из одежды ровным счётом отсутствовало всё.

Поднос перекачивал мне на колени, Вадим занял пустующую половину кровати и пока я ела, нет-нет да подворовывал у меня, то кофе, то еду. При этом он так и норовил поцеловать или забраться руками под моё одеяло. Я не то чтобы сопротивлялась, но точно его не поощряла, потому как при дневном ярком свете ночная распутница Екатерина куда-то сбежала, оставив вместо себя скромницу с кучей комплексов и сомнений.

— Катя, ты ни о чём не жалеешь? — легонько толкнув меня вбок, поинтересовался Вадим.

— Нет, конечно.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул он. — Тогда объясни, почему ты избегаешь смотреть мне в глаза и держишься за это одеяло, как утопающий за спасательный круг.

Меня так и подмывало возмутиться и сказать: «Не выдумывай», но с неуверенностью и комплексами надо бороться, самое последнее — это их отрицать, поэтому решила признаться:

— Одеяло держу, потому что стесняюсь. Одно дело, когда в тебе полбутылки вина, ночь и горит тусклая лампа, и совсем другое, когда трезвая и за окном белый день. А ещё…, только, пожалуйста, не обижайся, я тебе не до конца доверяю. Пусть самую малость, но боюсь, что ты любишь Еву, а со мной притворяешься и в душе посмеиваешься.

Ждала, что Адашев закатит глаза, тяжко вздохнёт или посмотрит на меня как на дурочку. Нет, он тепло мне улыбнулся и приобнял.

— Благодарю за откровенность. Насчёт смущения я всё понял, ничего страшного, это легко лечится временем. А по поводу Евы ты зря беспокоишься, я её не то что сейчас, но и тогда, когда мы планировали пожениться, не любил.

— Ну да, — недоверчиво протянула я. — Ева же не Рина, у неё нет нужных связей и обеспеченных родителей, значит, на брак с ней тебя могла толкнуть только любовь.

Вадим не прекратил меня обнимать, но он напрягся, и его настроение резко упало.

— Я сделал предложение Еве, потому что не всегда был осторожен, и она забеременела.

Сказать, что эта новость шокировала меня — ничего не сказать.

— У вас с Евой есть ребёнок?!

— Нет, — после продолжительной паузы выдохнул Вадим. — Он так и не родился. После того как Ева сбежала с нашей свадьбы, она сказала, что у неё был выкидыш, но это неправда. Эта тварь прервала беременность.

Словами не передать, с какой ненавистью Вадим выплюнул оскорбление «Тварь» и с какой горечью говорил об аборте.

— Ты очень хотел малыша?

— Пока Ева не сказала о ребёнке, вообще не хотел. Даже не думал об этом, а потом… До сих пор не могу себе простить, что недоглядел…

— Вадим, ты правильно сказал Ева — та ещё тварь. Она легко могла наврать о беременности, и никакого аборта вообще не было.

Адашев совсем невесело улыбнулся.

— Катя, я на её счёт никогда не обманывался. Первым делом отвёл её в проверенную клинику, где подтвердили беременность. Также после проверил, был ли это выкидыш, или запланированный аборт.