Я влюбилась в этот натюрморт с самого начала. И очень радовалась, когда сконфуженная женщина пришла и сказала, что не будет забирать заказ, потому что муж запретил ей тратить деньги на всякую ерунду.

Виноград какое-то время жил у нас, а потом мама подарила его очень хорошему человеку, врачу.

Вообще такое часто бывало, когда мама снимала со стены какую-то картину и дарила гостям, или несла кому-то в подарок на праздник. Она говорила, что нужно освобождать место, иначе новые не нарисуются. Говорила, что так нужно обращаться со всеми вещами и с деньгами.

Девочка

Живя в такой творческой атмосфере, я поначалу тоже собиралась стать художником. Хотела рисовать мультики. Обращаться с карандашами и красками у меня получалось неплохо, но я не горела этим. Моя сестрёнка Яна, как все дети, тоже любила сидеть и рисовать. Но однажды, посидев тихонечко за своим столом пару часов, она принесла показывать нам портрет девочки, сделанный по фотографии. Мы не поверили своим глазам. Яне было одиннадцать лет, а в руках она держала картину, мало чем отличающуюся от тех, что делает мама. Тогда я поняла, что художественный талант передаётся в нашей семье по женской линии: но не каждой, а через одну.

Мама не удивлялась потрясающим результатам Яны, которые стали появляться один за другим. Она говорит: знак о том, что младшая дочь станет художницей, был уже в первый год её жизни.

Мама на дому реставрировала картины из городского музея. Отлучилась на несколько минут. А дочь подползла к портрету исторической личности, взяла кисточку, макнула её в масляную краску и пририсовала личности усы.

Несколько лет назад в Николаевке не было художественной школы. Ради Яны мама организовала художественной класс на базе щколы искусств. Дочь получила корочку об общем художественном образовании, подготовилась к поступлению в вуз, стала учиться на факультете культуры и искусства в Ульяновске. А класс остался, вместе с Яной сотни детей получили профильные знания, многие поступили и продолжили учиться по специальности.

Среди остальных картин Яны в нашем домашнем музее тот самый первый портрет девочки висит в рамке, в самом центре комнаты. Он важен, ведь с него началось много важных событий.

Почти на всех картинах авторства Нейфельд – люди. Разглядеть суть человека, показать, что каждый человек особенный и в каждом есть красота – это образ жизни и её смысл.

Kazan

Моя Казань – это Казань девяностых. Это сталинки и хрущёвки. Подъезды тёмные, с острыми запахами: подвалов, сигарет, подгнившего мусора. Во дворах – скрипящие барабаны для бега, облезлые песочницы и железные качели. В нашей сталинке на первом этаже был огромный, но какой-то пустой магазин. Товары расставляли так, что между ними был воздух. Витрины мутные, а за ними – яркие фантики с иностранными надписями. Шоколадные батончики стоили десять тысяч рублей. Однажды утром последние три нуля во всех ценниках зачеркнули красным. «Смотри, что у меня есть, это новая», – говорит бабушка и протягивает мне блестящую копейку. Я долго рассматривала ее: меленькие буквы, завитки, человечка на коне и с палкой. Кукольная денежка.

Гуляли в парке Химиков. Качели там держали не обычные балки, а медведи, журавли, лисички и два волка-близнеца из «Ну, погоди». Нужно было покачаться немного у каждого, чтобы никого не обидеть. А еще там стояла огромная голова дядьки Черномора. Можно было забраться к нему в голову, и быстро съехать вниз, вылететь прямо изо рта. Четырёхлетняя сестрица боялась дядькиной головы и соглашалась забраться в тёмное ухо только вместе мамой.

На новый год в парке появлялась треугольная ёлка. Чтобы увидеть горящую звезду, нужно было вытягивать шею до боли. Появлялся сказочный городок. Вспоминаю теперь, что это были всего-то раскрашенные куски фанеры с подсветкой изнутри. Но раньше для меня это были волшебные замки, я точно представляла, что внутри целая жизнь: залы, спальни, камины, принцы и придворные. Вон наверху горит окошко – там принцесса уже переоделась в пижаму и читает книжку, сидя на стульчике с гнутыми ножками.

В доме культуры устраивали фотозону: снег из ваты, цифры из мишуры, самошитый символ года, набитый поролоном и тряпьём. Желающих снимали на полароид. В зимние каникулы в доме культуры были не детские представления, а ярмарки и презентации иностранных продуктов. Мы попали на дегустацию нового сока. Можно было пробовать каждый вкус бесплатно. Мы пробовали по целому стаканчику.