Да, самолёт просто великолепен, а его, Малика, перспективы на будущее ещё лучше. Братец-философ наотрез отказался принимать участие в фамильном бизнесе, а значит, Малик становится первым в ряду наследников. Мать знает: Малик — самое сильное звено в их семье. Вот почему она хочет заключить союз с бирманцами.

«Если мы правильно разыграем наши карты, то в один прекрасный день ты станешь во главе Да-Зей», — сказала она сыну. Союз с ними — не капитуляция, а инфильтрация, и эти бирманские остолопы слишком глупы, чтобы догадаться!

А до того времени он удовольствуется «Леди Лукрецией» и её летающим заготовительным лагерем. Став здесь хозяином, он заведёт свои порядки. Подберёт себе отличную команду. И первым делом прикажет вышвырнуть этого половиннорожего урода через «Сайонару».

Вот о чём раздумывает Малик, когда к нему наведывается дядя.

— Скиннер доложил мне, что тебе хочется увидеть ИКАР в действии, — произносит дядя Дюван.

Малик осторожен.

— Он так сказал?

— Да. У него нет туда доступа, поэтому он и попросил меня. Буду счастлив оказать тебе эту услугу.

Малик выпрямляется в кресле, не в силах скрыть свою радость.

— Спасибо, дядя Дюван!

— Не стоит благодарности. Но прежде чем мы отправимся в заготовительный барабан, тебе надо надеть вот это.

Он протягивает Малику комбинезон, по фасону напоминающий нижнее бельё, только тяжелее. Малик осматривает одёжину. Сделана из металла. Изумительно тонкая кольчуга.

— А зачем?

— Для твоей безопасности, зачем ещё.

Малик быстро натягивает комбинезон и следует за дядей в хвост самолёта, где расположена автоматическая капсула.

— А я увижу расплетение?

— Конечно! — весело заверяет дядя. — Думаю, эта экскурсия будет для тебя чрезвычайно полезна и познавательна.

7 • Дюван

На рассвете «Леди Лукреция» приземляется на Камчатке. Из самолёта выгружают несколько сот стазис-контейнеров — результат проведённых в полёте двенадцати расплетений. И только один маленький контейнер не продали на аукционе. Этот ящичек Дюван уносит в свои личные покои — там он будет сохраннее.

Хотя на аэродром доставили партию новых расплётов — как раз столько, чтобы заполнить все пустые ячейки в барабане — Дюван не берёт никого.

— В следующий раз, — обещает он озадаченным поставщикам. — Заплатите орган-пиратам, что им там причитается, а в следующий раз я заберу всех.

Сонтхи он с самолёта не отпускает. Сестре Дюван объясняет, что хорошо подумал и не против обсудить предложение Да-Зей. «Леди Лукрецию» заправляют, и через полчаса она снова взмывает в воздух.

Но тотчас после набора крейсерской высоты Дюван отмечает несколько крайне неприятных сигналов. Повар не смотрит ему в глаза, Була таинственным образом куда-то запропал, а в иллюминаторы левого борта виден великолепный рассвет. Значит, они летят на юг вместо запада, как было бы правильно согласно традиционному маршруту Дювана. Не нужен компас, чтобы понять: они направляются в Бирму. Его пилоты работают теперь на Да-Зей.

За завтраком Дюван, однако, и виду не подаёт, пряча свои карты. Даже Скиннер, как заправский игрок в покер, напустил на себя непроницаемый вид, хотя и кивает незаметно хозяину: мы, мол, одна команда.

Малик опаздывает к столу, но этим никто не обеспокоен.

— Пошли-ка за ним Скиннера, — говорит брату Дагмара. — Яйца «бенедикт» — его любимое блюдо.

— Придёт, куда он денется, — отвечает Дюван.

Скиннер приносит утренний эспрессо, и тогда Дюван поворачивается к Сонтхи:

— А теперь обсудим условия нашего договора.

Оба — и Дагмара, и Сонтхи — с интересом наблюдают, как Дюван натирает лимонной корочкой край своей чашки.

— Условия? — переспрашивает Сонтхи. — А всё уже обсуждено. Вам остаётся только принять их.

Он отпивает из своей чашки. Дагмара — из своей.

— Ну, тогда нам действительно нечего больше обсуждать, не правда ли? — отвечает Дюван и подносит к губам чашку.

8 • Арджент

Он наливает сок. Уносит тарелки. Смотрит и слушает, и всё это время сердце его колотится так, что едва не выскакивает из груди. Неужели он перепутал чашки? Арджент не доверяет собственной памяти. Тоже ещё нашёл время для сомнений в себе!

Дюван отпил из своей чашки. Как и двое других. Какой силы яд? Сколько нужно проглотить, чтобы он подействовал? Ну какой из Арджента ниндзя, если он не разбирается в методах убийства?!

Но ожидание оказывается недолгим. Сонтхи начинает давиться, пускать пузыри, а потом с глухим стуком падает мордой на стол. Глаза его остаются открытыми. Мёртв.

Дагмара ахает и пронзает Арджента обвиняющим взглядом:

— Кретин! Ты что натворил?!

— Именно то, на что я и рассчитывал, — произносит Дюван. — Молодец, Скиннер.

— Ты хотя бы представляешь себе, что сделает Да-Зей, когда узнает, о смерти Сонтхи?

— А это, — отвечает Дюван, — уже не твоя забота. — Он вынимает пистолет и стреляет.

Транк-пуля попадает Дагмаре прямо в грудь. Она бормочет что-то по-чеченски — скорее всего, какое-то ругательство — а потом её голова запрокидывается назад, вместо того чтобы упасть вперёд.