Этот сон преследует меня весь день и даже всю эту неделю, из-за него я чувствую тупую боль где-то внутри. Я не могу смириться с мыслью, что превратилась для Эндрю в ничто, в очередной кусок мяса на хирургическом столе. Я не могу смириться с тем, что сама виновата во всем, что потеряла его навеки. Думая об этом раньше, я ощущала только пустоту, низкое электрическое жужжание; но сейчас вдруг оно превратилось в вой циркулярной пилы, стало целым океаном тоски в моих венах, пронзительными приступами боли. Я всегда была рада застать его дома, вернувшись с работы, и никогда не думала, что между нами нет ничего, кроме притворства. Нам не хватало стойкости — возможно, но не настоящей тесной близости.

Больно сознавать, что жизнь его идет своим чередом. Хоть Кейт и утверждает, что не знает, встречается ли он с кем-то сейчас, я думаю, что наверняка у него кто-то есть. Эндрю — парень, который оперирует абсолютными величинами. Его «прощай» было окончательным решением. А его предложение руки и сердца имело бы пожизненную гарантию.

Я не уверена, что мне следует написать Эндрю, и решаю подождать до встречи с доктором Лернер на следующей неделе, чтобы спросить об этом у нее. В прошлый раз мы были так заняты разбором Дня благодарения, что исчерпали время до того, как речь зашла об Эндрю. Но поскольку мне не хочется быть похожей на человека, который не может принять решение без совета психолога, а главное, чтобы не дать ей возможность себя отговорить, я тут же сажусь за компьютер и пишу Эндрю письмо.

Кому: Эндрю Т. Уорнер, warnerand@yahoo.com

От кого: Эмили М. Пратт, emilympratt@yahoo.com

Тема: Привет

Привет, Эн. Дедушка Джек сказал, что ты навещал его на прошлой неделе. Если это так, я просто хотела поблагодарить тебя. Я знаю, что он ценит твое общество, а тот факт, что он вообще помнит об этом, говорит о многом. Надеюсь, ты хорошо провел праздники.

Наверное, ты должен знать, что я постоянно думаю о тебе и скучаю.

Люблю,

Эм.

Я специально не останавливаюсь, чтобы подумать, не выглядит ли это как преследование, или чтобы проверить опечатки. Я просто жму на кнопку «отправить», и мое послание летит через весь Манхэттен; на этот раз оно кажется мне шариком в гигантском пинболе, который добирается до пригорода, ускользая от автомобилей и людей, от всего, что мешает набрать очки. Может быть, Эндрю отобьет его назад, воспользовавшись его же кинетической энергией, и мы некоторое время будем гонять этот шарик туда-сюда, машина закрутится, и в результате это свяжет нас, мы начнем снова общаться. Но вместо этого шарик опускается прямо в левую нижнюю ямку, и сразу же начинает мигать лампочка окончания игры. В отношении Эндрю уже все ясно, шансов у меня нет.

Через пять минут я получаю новое письмо.

Кому: Эмили М. Пратт, emilympratt@yahoo.com

От кого: Эндрю Т. Уорнер, warnerand@yahoo.com

Тема: В ответ на: Привет

Я ездил навестить дедушку Джека ради самого себя. Не ради тебя. Думал, что мне нужно с ним попрощаться лично.

Эмили, я не знаю, как сказать это деликатно, я даже не уверен, что есть деликатный способ говорить такие вещи, поэтому просто скажу как есть.

Пожалуйста, перестань писать мне. Пожалуйста, оставь меня в покое.

Эн.

Я понимаю, что заслужила это. Я заслужила все — слезы, боль, потерю, потому что я разбила нас. И я могу сделать только одно — написать в ответ Эндрю лишь одну фразу:

Я бы отдала тебе свою почку.

А еще я могу не нажимать на кнопку «отослать».

ГЛАВА 26

Сегодня на докторе Лернер кимоно из розового шелка с длинными и широкими рукавами. В ее кабинете снова темно, но к этому моменту я уже рассмотрела ее достаточно хорошо и с уверенностью могу сказать, что ее этническая принадлежность не соответствует ни одному ее костюму. Хотя черты ее лица по-прежнему нечетки и переменчивы. Иной раз, когда ее волосы зачесаны назад и прикрыты головным убором, мне кажется, что она годится мне в бабушки; сейчас эти каштановые локоны волнами обрамляют ее лицо, и я думаю, что ей вряд ли больше сорока.

— Я сегодня видела мою маму, — говорю я, едва опустившись на кушетку.

— Вот и расскажите мне об этом. — Доктор Лернер не клюет на мою удочку. Она терпеливо ждет моего ответа, как будто у меня может быть удовлетворительное объяснение тому, что я видела свою маму, умершую пятнадцать лет назад. Как будто я в своем уме.

— О’кей, я вообще-то маму не видела. На самом деле она мне просто померещилась, что случается со мной довольно часто. Я нахожусь в метро, в магазине или еще где-нибудь и вдруг вижу в незнакомой женщине свою маму.

Я пытаюсь сесть так, как доктор Лернер, но получается только полулотос, потому что левая нога меня подводит.

— Продолжайте, — говорит она.