Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

Остаток дня Форрест и его люди были заняты тем, что привозили из Пиллоу раненых конфедератов и подбирали захваченное федеральное оружие, одеяла, ранцы и прочее. После наступления темноты, вернувшись в расположение войск, он приказал своим солдатам поспать, сколько получится. Он и сам последовал этому приказу, но около полуночи его разбудили для очередного военного совета. В гостинице "Довер" на берегу ледяной, залитой дождем Камберленд он был потрясен, увидев Флойда, Пиллоу и Бакнера, обсуждавших вопрос о капитуляции. Пиллоу сказал ему, что федералы вновь занимают территорию, которую конфедераты отбили у них днем, и Форрест, который до темноты находился на этой территории, наблюдая за сбором раненых и захваченного имущества, "сказал ему, что я в это не верю". Пиллоу сказал, что об этом сообщили разведчики, и приказал Форресту отправить двух своих солдат, чтобы проверить состояние юго-восточной речной дороги, по которой они вышли в бой тем утром. Эти разведчики вскоре доложили, что "по результатам их осмотра и информации, полученной от горожанина, живущего на речной дороге, вода была примерно до седельных сгонов, а грязь - глубиной в пол-ноги в том месте, где она была переполнена. Ширина дна составляла около четверти мили, а ширина воды - около 100 ярдов".14

Они также заявили, что "вернулись, не увидев никого из врагов, только костры, которые я считал старыми лагерными кострами и так сказал генералам ; ветер, будучи очень сильным, раздул их в пламя..... Враг не мог восстановить свою прежнюю позицию, не пройдя значительное расстояние и не разбив лагерь на мертвых и умирающих, поскольку на этом участке поля была большая резня....". Однако к тому времени, как вернулись разведчики Форреста, три генерала, опасаясь постоянных подкреплений, которые, по сообщениям, вливались в лагерь федералов, были настроены на капитуляцию. Днем людей Бакнера перебросили с позиций справа, чтобы они были готовы защищать путь отхода, который люди Пиллоу с боем открыли слева, а в конце дня Бакнер увидел, как его истощенную правую часть атакуют значительно превосходящие силы Союза, которые захватили небольшую часть его траншей; по его расчетам, на следующее утро он не сможет удерживать позицию более получаса. Он добавил, что три четверти защитников Донелсона будут потеряны при любой попытке вырваться сейчас, и что приказывать им это делать было бы бессовестно. Когда Форрест в конце концов получил возможность высказать свое мнение, он был категорически не согласен; предложив прикрыть отход Бакнера своими кавалеристами, он заявил, что пришел в Донелсон не для того, чтобы сдаваться. Тогда Пиллоу "сказал, что я могу прорубить себе дорогу, если захочу, и он и генерал Флойд согласились выйти со мной".15

Он решил выйти по затопленной дороге, но Флойд, Пиллоу и Бакнер решили, что только кавалерия может безопасно использовать этот маршрут; как отмечалось в более позднем отчете Форреста, "многие люди были уже обморожены, и, по мнению генералов, пехота не смогла бы пройти через воду и выжить". Выражая мнение, диаметрально противоположное мнению Бакнера, он сказал генералам, что если его команда последует за ним, то он прорубит себе путь, даже если это "спасет только одного человека".16

К этому времени произошло одно из самых странных разбирательств в американской военной летописи. Флойд, который несколькими месяцами ранее был военным министром США при президенте Джеймсе Бьюкенене, не сдавался Союзу, который с тех пор предъявлял ему обвинения в злоупотреблении служебным положением и обвинял в намеренной отправке военного имущества на юг для захвата сепаратистами. Пиллоу, резко пообещав при вступлении в Донелсон, что не сдастся, также отказался это сделать. Поэтому Флойд уступил командование фортом Пиллоу, который сразу же передал его Бакнеру, а тот, в свою очередь, одолжив за много лет до этого деньги генералу Гранту, согласился на капитуляцию после того, как Флойд и Пиллоу успеют скрыться. К тому времени, когда люди Форреста были готовы к отступлению, Пиллоу уже уехал со своим начальником штаба на старой лодке, а Флойд собирался бежать с четырьмя пятыми своей бригады на захваченном пароходе.

Через несколько дней Форрест сообщил, что он "двинулся по дороге, по которой мы вышли утром накануне. Примерно в миле от реки он пересек глубокую лощину, глубиной с седло, и вышел на дорогу", ведущую к Нэшвиллу.

Я приказал майору Келлу и адъютанту Шуйлеру оставаться на том месте, где мы вступили на эту дорогу с одной ротой, где кавалерия противника могла бы атаковать, если бы попыталась преследовать нас. Они оставались до рассвета.... Более двух часов прошло в пути. По нам не было сделано ни одного выстрела. Ни одного врага не было ни видно, ни слышно.... Я уверен, что две трети нашей армии могли бы уйти без потерь, и что, если бы мы продолжили бой на следующий день, мы одержали бы славную победу.... Наши войска были в прекрасном настроении, считая, что мы их победили.....17

13