Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

ФОРРЕСТ бежал из форта Донельсон, имея в своем распоряжении около 500 человек из своего подразделения, а также "роту артиллерийских лошадей... и несколько человек из разных полков". За вычетом более 300 человек, убитых, раненых или взятых в плен в ходе боев предыдущих дней, а также одного кавалерийского подразделения, которое не смогло сопровождать его из Донелсона, он "совершил медленный марш с моими измученными лошадьми в Нашвилл....".1

По дороге он не выдержал истерического пораженчества, которое внезапно охватило широкие просторы, покидаемые конфедератами. В деревне Шарлотта на следующее утро после прорыва Донелсона он пригрозил сенатору штата немедленным наказанием за распространение "ложных сведений" о том, что федералы овладели Нэшвиллом и выпустили 10 000 кавалеристов, чтобы отрезать и захватить отступающих конфедератов. Сам он вряд ли мог знать, что история сенатора была ложной, но он немного успокоил местных жителей, задержавшись на несколько часов в Шарлотте, чтобы подковать своих лошадей. К югу от деревни во второй половине дня он приказал своим солдатам разрядить и перезарядить пистолеты и ружья, чтобы подготовить их к тому, что предложит Нэшвилл, и тем самым вверг в панику другой полк конфедератской кавалерии, находившийся впереди них. Этот полк, узнав не только о капитуляции Донелсона, но и о рассказе сенатора штата, бежал галопом, бросая по дороге посуду, еду, палатки и багаж, а в конце концов и разбитые от спешки повозки. Войска Форреста, которым пришлось оставить часть своего снаряжения при Донелсоне, забрали столько, сколько смогли унести.2

В ту ночь, 17 февраля, они остановились в восемнадцати милях от Нэшвилла в доме преуспевающего сторонника Конфедерации. Этот друг обеспечил людей и лошадей и накрыл роскошный ужин для офицеров подразделения, но командир не был настроен на длительные возлияния. Обнаружив, что некоторые из его подчиненных готовятся занять предложенные гражданским лицом кровати, он приказал им вернуться к своим людям, и все спали под открытым небом на февральском холоде с оседланными лошадьми и оружием под рукой.3

На следующий день рано утром они снова были в пути: разведчики установили, что Нэшвилл все еще находится в руках конфедератов. Они поскакали туда, и Форрест сначала доложил генералу Джонстону, который как раз отбыл в Мерфрисборо, расположенный дальше к югу. Затем он доложил тому, к кому его направил Джонстон: своему недавнему командиру в форте Донельсон Джону Флойду. Джонстон поручил Флойду вывезти из Нэшвилла "запасы провизии и все остальное общественное имущество, которое он сможет", а Флойд, похоже, был настолько же хорош в защите имущества, насколько и в командовании осажденным фортом. Вначале он приказал Форресту патрулировать и охранять внутренние окрестности Нэшвилла. Этот приказ, очевидно, мало впечатлил Форреста; он выполнил его только через день, сославшись на усталость своих людей, а сам сосредоточился на том, чтобы обуть остальных лошадей. Явившись 20 февраля со своими патрульными отрядами, он застал Флойда снова спешащим покинуть пост, на этот раз уходящим в Мерфрисборо; находясь на грани отстранения за поведение при Донелсоне, Флойд приказал Форресту оставаться в Нэшвилле до следующего полудня, а затем следовать за остальными конфедератами в Мерфрисборо.4

Намереваясь как можно полнее экипировать своих людей из нэшвиллских лавок, а затем погрузить оставшиеся припасы для вывоза, Форрест, видимо, решил, что ему следовало быстрее отреагировать на приказ Флойда патрулировать город. Все магазины, кроме одного, больше не контролировались соответствующими офицерами и были брошены на произвол судьбы толпой гражданских лиц. Когда мародеры проигнорировали его предупреждения, ему "пришлось... напасть на толпу, прежде чем я смог разогнать ее, чтобы подогнать повозки к дверям отделов, чтобы загрузить магазины для транспортировки". Заряд был сделан с саблями, которые отбросили мародеров от складов и позволили запереть двери. Однако почти сразу после того, как он ушел по своим делам, воры ворвались снова, а когда он вернулся, к нему подбежал "крепкий ирландец", схватил его за воротник и закричал, что он и гражданские имеют такое же право на запасы, как и полковник или кто-либо еще. В ответ Форрест ударил мужчину по голове своим пистолетом и снова выгнал его и остальных со склада, на этот раз выставив перед ним охрану. Когда он снова уехал по другим делам, а толпа попыталась одолеть охранников, он нашел новаторское решение, возможно, подсказанное его знакомством с коммунальным оборудованием; он направил на мародеров брандспойт с ледяной водой, и те наконец отступили.5