Читаем Наш Современник, 2004 № 04 полностью

В одной из работ Владимира Соловьева есть замечательная притча. Суть ее такова: сошли на землю двое святых. Один — святитель Николай, другой — мученик Киприан. Ходят они по русской земле и высматривают, как мужикам жизнь дается: тяжело аль нет? Ну, извечный русский вопрос: кому на Руси жить хорошо? Увидели, что у мужика телега застряла в грязи. Святитель Нико­лай говорит: “Давай поможем мужику, а?”. Киприан отвечает: “Не могу, на мне белоснежная хламида, мне ее сам Христос дал”. “Ну, как знаешь”, — сказал Николай и в самую грязь залез. Идут они назад к Райским Вратам, а апостол Петр (“Привратник Христов”) и спрашивает: “А чегой-то ты, Николай, такой замаранный?”. Святитель Николай отвечает: “Да вот, пришлось мужику помочь телегу из грязи вынуть. Ну и тово…”. Тогда сурово посмотрел апостол Петр на мученика Киприана и спросил: “А ты? Почему такой чистенький?”.

Жизнь всегда сложнее, чем кажется, — она не есть красиво раскрашенная лубочная картинка. Этого нельзя забывать. К сожалению, многие православ­ные оказались не готовыми к вызову, который нам предъявили сектанты. Мы разучились решать свои проблемы именно христианскими церковными средствами и ищем мирские ответы на духовные вопросы. Но мир, погрязший в собственных противоречиях и проблемах, едва ли сможет помочь нам.

Необходимо возродить знание о еретиках “трех чинов”. Восстановить порядок их чиноприсоединения. Дать поручение Литургической комиссии упорядочить тексты чиноприсоединений (с учетом новых ересей и заблужде­ний). А то скоро начнем исповедь на детекторе лжи принимать, а инженер-психолог-пастырь будет через компьютер епитимии назначать. Уже сейчас известны случаи, когда мирянин, “доктор антисектантских наук”, “профессор”, на ковер к себе архиерея вызывал и отчитывал, как алтарного служку. Наши интеллигенты любят всех и вся поучать. Последствия их экспериментов в области политэкономии мы все до сих пор пожинаем. Не хватало, чтобы и в Церкви дух интеллектуальной беспоповщины начал устанавливать свои порядки, каких не было вчера и третьего дня .

Да, русский человек осознает свой путь как проходящий через мир общечеловеческих ценностей, но для русского патриота, в отличие от русского интеллигента, он лежит не через Европу, Израиль и Америку, а через нашу собственную национальную самобытность. О которой православный архиерей, без сомнения, имеет больше представления, чем наукообразный “служка” с дипломом от “нового мышления” и во имя “нового порядка”. И как здесь не вспомнить слова Писания о проповедуемой премудрости Божией, сокровен­ной, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей, которую никто из властей века сего не познал.

Повторю: нельзя бороться с сектантами нехристианскими методами, как делают это некоторые миссионеры. Такие миссионеры отодвигают в сторону Библию и берут в руки Гражданский или Уголовный кодекс. Они занимаются только сбором компромата на руководителей сект и на рядовых сектантов. Что можно сказать об этом? Их изыскания, с религиозной точки зрения, заведомо бесполезны, их деятельность на руку противникам Православия.

Такие “миссионеры” напрочь отказываются от любых встреч и контактов с сектантами и занимаются только кабинетными баталиями. Они забывают, что еретиков отвращаться можно “после первого и второго вразумления” (Тит. 3, 10). А если и соглашаются на встречу с сектантами, то делают это с единственной целью — пополнить свой компромат на них. Они глухи к еван­гельскому призыву: “идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари” (Мк. 16, 15). А возможно, что они и не могут благовествовать, ведь Писание учит нас: “Ибо от избытка сердца говорят уста” (Мф.12, 34). Но не могучи благовествовать сами, они мешают другим и, похоже, делают сие по злобе, соединенной с завистью. Такая их позиция называется св. Иоанном Златоустом сатанинской, дьявольской и бесчеловечной. Сторонники этой позиции забывают о том, что 90% сектантов в России — это бывшие православные, русские люди, которые по неведению оставили святую веру наших отцов. И наша задача — вернуть их во что бы то ни стало. Нельзя же, как слепые кроты в норах, кроме своих новомодных концепций, гипотез и галлюцинаций, не видеть ничего! Не свойствен русскому характеру такой “сумрачный гений”. Так и просятся на язык слова великого Гёте:

Еще ль в тюрьме останусь я?

Нора проклятая моя!

Здесь солнца луч в цветном окне

Едва-едва мелькает мне;

На полках книги по стенам

До сводов комнаты моей, —

Они лежат и здесь и там,

Добыча пыли, снедь червей*.

Мрачное впечатление производят эти книжные богословы, создавшие каждый свое собственное “православие” с надписью на сердце “посторонним вход запрещен”. Неофиты, вчера еще пришедшие в Церковь, уже стремятся Ее спасать, забывая главное — в Церкви надо спасаться; не Ее учить, а в Ней учиться. Каждый такой “младостарец” мнит себя “Великим Инквизитором”, и не дай Бог попасть в сферу его неприязни.