Читаем Наполеон полностью

И в самом деле, репутация артиллериста Бонапарта после взятия Тулона оказалась на высочайшем уровне. Этому способствовало множество факторов: и то, что генерал Карто был по образованию простым художником, ничего не смыслившим в фортификации и ведении осадных работ, и то, что комиссаром Комитета Общественного Спасения, во многом определившим эту самую репутацию, был земляк Наполеона Кристофано Саличетти, и многое-многое другое.

Генерал Дюгомье, сменивший Карто на посту командующего армией, представив Наполеона к повышению по службе (кстати сказать, по запросу все того же корсиканца Саличетти), написал в Комитет Общественного Спасения следующие строки: «Наградите и выдвиньте этого молодого человека, потому что, если по отношению к нему будут неблагодарны, он выдвинется сам собой»[8].

* * *

23 декабря 1793 года (3 января 1794 года) Наполеон полномочиями опьяненных Тулонским триумфом народных представителей был сразу номинирован в бригадные генералы. Согласно принятой процедуре, после этого ему необходимо было направить в военное министерство свой послужной список, что было обязательно для подтверждения генеральского чина. Но что было писать, если со дня выпуска из военной школы майор Наполеон Бонапарт только и делал, что отпрашивался в отпуск, болел да занимался личными делами у себя на Корсике? Да, без сомнения, Тулон – это большой успех, да – под Тулоном у Наполеона была заметная должность, и проявил он себя весьма хорошо, но это всего лишь три месяца из восьми лет так называемой «военной службы».

Для получения генеральского мундира нужно было нечто большее. Для примера отметим, что в мае-декабре 1793 года генералами стали будущие маршалы Брюн, Виктор, Даву, Журдан, Лефевр, Макдональд, Массена, Ожеро, Периньон и Серюрье. При этом Брюн уже успел повоевать в Северной армии и был членом Военного комитета Конвента; Виктор и Массена также отличились под Тулоном, командуя штурмовыми колоннами; Даву отличился в Северной армии (он захватил в плен помощника перешедшего на сторону австрийцев генерала Дюмурье) и в Вандее; Журдан участвовал в войне за независимость колоний в Америке, сражался в Северной армии при Жемаппе и Неервиндене, был ранен в грудь при Ондскоте, выиграл сражение при Ваттиньи; Периньон сражался в Восточно-Пиренейской армии и был ранен; Лефевр был трижды ранен и получил медаль от мэра Парижа; Макдональд отличился в сражении при Жемаппе; Ожеро послужил в прусской и неаполитанской армиях, а также в Восточно-Пиренейской армии; Серюрье участвовал в Семилетней войне, был ранен в челюсть при Варбурге, заслужил репутацию специалиста по горной войне в Приморских Альпах.

Следует отметить, что Виктор и Груши от момента поступления на военную службу шли к генеральскому чину 12 лет, Периньон – 13 лет, Журдан – 14 лет, Массена – 18 лет, Ожеро – 19 лет, Лефевр – 20 лет, Монсей – 25 лет, Келлерман – 36 лет, Серюрье – 38 лет. Тот же будущий маршал Келлерман стал генералом в 53 года, что в те времена считалось чуть ли ни пенсионным возрастом.

У Наполеона ничего этого не было и быть не могло, но зато имелись влиятельные покровители, а также весьма богатое воображение и искренняя убежденность в том, что успех оправдывает любые, в том числе и не самые благородные средства. Как говорится, спасибо революции, спасибо новым порядкам…

В самом деле, Наполеон оказался типичным продуктом этих самых новых порядков, выдвинувших на передний план массу новых людей, многие из которых не имели бы ни малейшего шанса при Бурбонах. И, кстати сказать, не только из-за своего низкого происхождения, но и из-за полного отсутствия объективных предпосылок. И Наполеон никогда не забывал, что обязан своей удачей революции.

По поводу послужного списка Наполеона, фактически сфальсифицированного им самим, американский историк Вильям Миллиган Слоон замечает: «Буонапарте считал совершенно излишним оставлять на пути к своему производству в генеральский чин какие-либо камни преткновения. Поэтому в послужном списке, посланном в Париж, он показывает, будто вступил в службу более чем годом раньше, чем это случилось на самом деле, не упоминает о таких фактах, которые могли бы быть истолкованы в неблагоприятную для него сторону, утверждает, будто при взятии Магдалены командовал батальоном, и в конце концов категорически отрицает, что когда-либо считался дворянином»[9].

Короче говоря, Наполеон послал в военное министерство свой послужной список, изобиловавший неточностями. Он прибавил себе несколько месяцев службы и чрезмерно преувеличил свои заслуги. А что касается дворянства, то его теперь пришлась отрицать, хотя в свое время отцу Наполеона доказательство аристократического происхождения стоило немалых трудов и расходов. Но времена изменились, и то, что еще несколько лет назад считалось большим плюсом, служило теперь помехой для дальнейшей карьеры.