Читаем Мыши полностью

Он опустился на колени и связал ей ноги, после чего на четвереньках подполз ко мне. Он долго связывал мне ноги, явно увлекшись процессом. Я наблюдала за тем, как дергается его сальная голова, и старалась не вдыхать его зловонный запах. Когда он покончил с моими ногами, то обнаружил, что использовал почти всю веревку. Тогда он схватил мои запястья, грубо рванул на себя и туго замотал их оставшимся обрывком веревки. Хватило лишь на то, чтобы завязать крохотный узел.

– Ну вот, – удовлетворенно произнес он, – теперь вы точно никуда не денетесь!

Он медленно поднялся с колен, тяжело дыша. Прижав руки к животу, он сморщился, словно его мучила тошнота. В следующее мгновение он громко отрыгнул.

– Прошу прощения, леди, – сказал он. – Прошу прощения, мадам. Madame. Не надо было есть яйца. Они явно протухли.

Последовало долгое молчание. Невыносимо долгое. Я не видела его, но чувствовала, что он стоит перед мамой. Я попыталась подглядеть через плечо, но он был в мертвой зоне, строго у меня за спиной, так что даже краем глаза мне не удалось его увидеть. Он собирается ударить ее ножом, подумала я. Прямо сейчас начнется убийство. Он убьет ее, а потом убьет меня. Он пришел сюда не воровать. Он пришел убивать. Он перережет нам горло в нашей собственной гостиной. Эта мерзкая свинья перережет нам горло.

Я подергала веревку, связывающую мои руки, но узел был слишком крепкий и не поддавался. Нет, я ничего не могла сделать. Обмякнув на стуле, я стала ждать, когда же все начнется.

– Мне нужна сумка, – сказал он. – Я не захватил с собой сумку.

– Там есть… там, под лестницей, есть сумки, – с готовностью предложила мама. Я испытала облегчение, снова услышав ее голос.

– Я принес веревку, но забыл про сумку, – произнес он, словно маленький мальчик, извиняющийся перед учительницей за то, что пришел в школу неподготовленный.

– Под лестницей, – мягко повторила мама. – Там спортивная сумка. Вы можете ее взять.

– Сейчас я поднимусь наверх. И соберу деньги и драгоценности. Если вы попытаетесь что-то предпринять в мое отсутствие, я вас убью. Я убью вас обеих. Поняли?

– Да, – сказала мама.

– Вы поняли? – крикнул он.

– Да, мы все поняли, – повторила мама голосом настолько послушным, насколько это было возможно.

Последовала еще одна долгая неловкая пауза.

– Вы хотели спортивную сумку, – подсказала мама. – Она красного цвета.

– Я сам знаю, чего я хочу, леди! Я сам знаю! – раздраженно крикнул он. – Не указывайте мне! Не вы будете говорить мне, чего я хочу!

Какое-то мгновение он, казалось, колебался, словно его так и подмывало перевести эту вспышку злости в настоящую ярость, но, когда он снова заговорил, его голос прозвучал скорее сдержанно, чем злобно:

– Я знаю, чего я хочу, леди. Я знаю, что я делаю. Насчет этого не беспокойтесь…

С этим он ушел. Я слышала, как он роется под лестницей, выискивая красную сумку, а потом его тяжелые сомнамбулические шаги затопали по лестнице.

– Мам? – прошептала я. – Что нам делать?

– Просто сохранять спокойствие, Шелли. Если мы поддадимся панике, он тоже запаникует. Мы должны проявить выдержку.

– Он собирается убить нас?

– Нет, он не будет этого делать. Ему просто нужны деньги. Когда он решит, что забрал все, что есть, он уйдет – кроме денег, его больше ничего не интересует.

Она ошибалась. Я была уверена в этом, но не видела смысла в том, чтобы спорить. Мы обе были связаны. И нам ничего не оставалось, кроме как ждать. Что-то тяжелое грохнулось об пол в комнате наверху. Чуть позже мы услышали, как он спускает воду в унитазе.

Я уставилась на пианино, его крышка была поднята, а на пюпитре был разложен сборник «Русские народные песни», раскрытый на пьесе «Цыганская свадьба», которую мы играли вчера вечером. Моя флейта так и осталась на бархатном стульчике возле пианино, где я ее бросила. Даже не верилось, что всего несколькими часами ранее мы с мамой играли дуэтом в этой самой комнате, смеялись и хихикали над моими неловкими попытками удержать быстрый темп музыки. Сейчас мы сидели связанные и испуганные, мучаясь догадками, убьет ли нас накачанный наркотиками разбойник или оставит в живых.

Горькая улыбка тронула мои губы, когда я вспомнила, что сегодня мой день рождения. С днем рождения тебя! Интересно, сколько людей приняли смерть в день своего рождения? Теперь и я познавала иронию судьбы. Я хотела что-то сказать маме, но передумала. Мои мрачные размышления вряд ли могли помочь в этой ситуации.