Читаем Музыкальные мифы. Книга 5 полностью

— Я её зацепил, рыбёшку-то, и плёлся за служанкой в толпе до тех пор, пока рядом никого не оказалось. Поняли?..

— Вот здорово! А зачем же ты воруешь?

— Зачем? Жрать-то ведь хочется?

— А мать, отец?

— Никого нет. Один живу, уже три года.

— Но зачем воровать? Ведь теперь этой служанке здорово попадёт от хозяйки. Ты не задумывался над этим?

— Не-а..! — сказал парень с удивлением. — Я думаю, что плохо лежит, то и брать надо.

— Вот это да! — возмутился ФА. — Ты что же — считаешь, кто ловкий, тот и прав?

— Ничего я не считаю, — огрызнулся мальчишка. — Живу, как живу, и не лезьте ко мне.

Он повернулся и хотел идти.

— Да подожди, — сказал ДО. — Никто к тебе не лезет.

— Ничего себе не лезут, — возмутился рыжий и шмыгнул носом. — Держите тут целый час... Ну чего ещё надо?

— Ты хоть скажи, где мы находимся.

— Как где?

— Ну... в какой стране?

РЕ с удивлением посмотрел на ВОСЬМОВ.

— ..В... ЛИ — ДИ — И.

ЛЯ с гордостью оглядел товарищей.

— РЕ, — обратился он к мальчишке, — ты не знаешь случайно, кто такой БЕКАР? Где он живёт?

— Не-а...

— Он нам очень нужен. Говорят, это добрый волшебник, отменяющий злые дела.

— А зачем он вам?

И ЛЯ рассказал мальчишке о цели путешествия, о том, что их всего шестеро и не хватает ещё одного человека и что его как раз должны звать РЕ.

— А почему его должны так звать?

— Дело в том, что убить злого волшебника могут только семь ВОСЬМОВ с разными именами — так сказано в старинных преданиях.

Рыжий мальчишка чуть задумался, прищурился, а потом спросил с хитринкой:

— А может, я пойду с вами? Возьмёте?

Друзья переглянулись...

— Конечно, — за всех сказал ДО, — ты будешь нам другом.

... В тени деревьев ВОСЬМЫ ещё долго беседовали. Потом РЕ вспомнил, что однажды он, оказывается, слышал о БЕКАРЕ от очень старой ФА ДУБЛЬ БЕМОЛЬ, прабабушки товарища.

— Я сейчас! Быстро! — крикнул он, неожиданно вскочив. — Найду ФА ДУБЛЬ БЕМОЛЬ! — И, не забыв захватить с собой ГЛИССАНДУ, побежал в город.

К вечеру все опять встретились на базаре, и РЕ повёл своих товарищей к ФА ДУБЛЬ БЕМОЛЬ.

Древняя старушка, совсем согнутая до земли, взглянула на них плохо видящими глазами. В их глубине угадывалась доброта и ласка. Она даже пыталась привстать перед храбрыми мальчиками, но не смогла.

— Ребята! — сказала она, тяжело дыша. — Не часто теперь собираются храбрецы, чтобы сразиться с проклятым ФОРТИССИМОМ. Боятся. А вы?.. Вы молодцы!.. Не знаю, смогу ли я чем-то помочь вам, но постараюсь. — Она задумалась... Потом продолжила:

— Когда я ещё была молодой, моих детей унёс ФОРТИССИМ. Прилетел он чёрной птицей, закричал страшным голосом. Все оглохли и не могли сдвинуться с места. Вот тут-то и забрал дракон всех плачущих малышек и унёс к себе в темную МИНОРНУЮ страну ЛОКРИЮ.

В ЛИДИИ ФОРТИССИМ особенно беснуется, ведь в горах живёт какой-то старик, который не боится ФОРТИССИМА и не глохнет от его голоса. В его маленькой стране все люди живут счастливо. Но он очень стар и не может бороться с ФОРТИССИМОМ.

Я слышала от РЕ, что вы всерьёз решили бороться с чудовищем, поэтому хочу помочь вам найти БЕКАРА. Ведь старик в горах — это и есть он самый. Проводить вас к БЕКАРУ может старый ДИЕЗ, который живёт на окраине Фа-Лидии. Поэтому вам надо добраться до столицы.

И она, тяжело вздохнув, добавила:

— Ну вот, это всё, что я знаю и чем могу помочь. А теперь идите...

Мальчики поблагодарили ФА ДУБЛЬ БЕМОЛЬ, покинули город и направились к Фа-Лидии. Лишь через неделю они добрались до столицы ЛИДИИ. Там они с трудом разыскали нужного им ДИЕЗА. И тот, после долгих колебаний, решил помочь друзьям.

— Нелегко добраться до волшебника БЕКАРА, — сказал ВОСЬМАМ ДИЕЗ, — уж очень высоко в горах он живёт. Там находится совсем небольшая страна БЕКАРИЯ, где живут добрые и свободные люди. Дело в том, что наш царь ТерцКварт ФаЛяСир II очень боится БЕКАРИЙЦЕВ, хоть их всего около сотни. Их страна очень необычна. Ни один человек с оружием или чёрными мыслями не может перейти её границы — тут же сходит с ума и бежит домой, а потом приходит в себя лишь через год и становится на всю жизнь добрым. Поэтому ТерцКварт, если когда-то и пытался завоевать БЕКАРИЮ, то теперь оставил эти планы. Правда, на всех дорогах, ведущих в эту страну, он поставил кордоны.

— Дедушка, — сказал ЛЯ, — но как же мы сами пройдём в БЕКАРИЮ, ведь и нас задержат гвардейцы ФаЛяСиРа?

— Я отведу вас туда тайными горными тропами.

Мальчики с недоверием глядели на старика.

— Вы думаете, что я совсем немощен и не гожусь для такого перехода? — обратился он к ВОСЬМАМ, ловя их взгляды. — Напрасно. Ещё лет пять я похожу по горным тропам.

Рано утром следующего дня ВОСЬМЫ запрягли в телегу медленного ТЕМПА (лошадь) АДАЖИО и, сев на неё вместе с ДИЕЗОМ, покинули пределы Фа-Лидии.

До нужного места добрались без малого за три дня. Наконец, оставив АДАЖИО и оружие у знакомых ДИЕЗА, налегке, захватив с собой только верёвки, ВОСЬМЫ стали подниматься в горы.

Многочисленные ручьи и маленькие речушки преграждали им дорогу. Они обходили глубокие пропасти и ущелья. Наконец, ДИЕЗ подвёл ребят к большому леднику.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мик Джаггер
Мик Джаггер

Мик Джаггер — живая легенда и многоликая икона современной культуры. 2013 год явился для него этапным во многих смыслах: вечному бунтарю исполнилось 70 лет, The Rolling Stones завершили самое громкое в своей истории мировое турне, призванное отметить полувековой юбилей группы, и вдобавок было объявлено, что скоро «сэр Мик» станет прадедушкой. Интерес к его личности огромен, как никогда, однако писать историю своей жизни бывший дебошир, а ныне рыцарь Британской империи категорически отказывается. Что же, приходится за него это делать другим, и новейший труд Филипа Нормана, прославившегося биографиями The Beatles, The Rolling Stones и Джона Леннона, — наиболее исчерпывающий в своем роде. Итак, вы узнаете, как сын простого учителя физкультуры и тихий фанат черного блюза превратился в кумира всемирного масштаба и постоянного героя скандальной хроники, как перед ним падал на колени Стивен Спилберг, а его детей нянчил Энди Уорхол…

Филип Норман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Музыка / Документальное
Песни, запрещенные в СССР
Песни, запрещенные в СССР

Книга Максима Кравчинского продолжает рассказ об исполнителях жанровой музыки. Предыдущая работа автора «Русская песня в изгнании», также вышедшая в издательстве ДЕКОМ, была посвящена судьбам артистов-эмигрантов.В новой книге М. Кравчинский повествует о людях, рискнувших в советских реалиях исполнять, сочинять и записывать на пленку произведения «неофициальной эстрады».Простые граждане страны Советов переписывали друг у друга кассеты с загадочными «одесситами» и «магаданцами», но знали подпольных исполнителей только по голосам, слагая из-за отсутствия какой бы то ни было информации невообразимые байки и легенды об их обладателях.«Интеллигенция поет блатные песни», — сказал поэт. Да что там! Члены ЦК КПСС услаждали свой слух запрещенными мелодиями на кремлевских банкетах, а московская элита собиралась послушать их на закрытых концертах.О том, как это было, и о драматичных судьбах «неизвестных» звезд рассказывает эта книга.Вы найдете информацию о том, когда в СССР появилось понятие «запрещенной музыки» и как относились к «каторжанским» песням и «рваному жанру» в царской России.Откроете для себя подлинные имена авторов «Мурки», «Бубличков», «Гоп со смыком», «Институтки» и многих других «народных» произведений.Узнаете, чем обернулось исполнение «одесских песен» перед товарищем Сталиным для Леонида Утесова, познакомитесь с трагической биографией «короля блатной песни» Аркадия Северного, чьим горячим поклонником был сам Л. И. Брежнев, а также с судьбами его коллег: легендарные «Братья Жемчужные», Александр Розенбаум, Андрей Никольский, Владимир Шандриков, Константин Беляев, Михаил Звездинский, Виктор Темнов и многие другие стали героями нового исследования.Особое место занимают рассказы о «Солженицыне в песне» — Александре Галиче и последних бунтарях советской эпохи — Александре Новикове и Никите Джигурде.Книга богато иллюстрирована уникальными фотоматериалами, большая часть из которых публикуется впервые.Первое издание книги было с исключительной теплотой встречено читателями и критикой, и разошлось за два месяца. Предлагаемое издание — второе, исправленное.К изданию прилагается подарочный диск с коллекционными записями.

Максим Эдуардович Кравчинский

Музыка
Моя жизнь. Том I
Моя жизнь. Том I

«Моя жизнь» Рихарда Вагнера является и ценным документом эпохи, и свидетельством очевидца. Внимание к мелким деталям, описание бытовых подробностей, характеристики многочисленных современников, от соседа-кузнеца или пекаря с параллельной улицы до королевских особ и величайших деятелей искусств своего времени, – это дает возможность увидеть жизнь Европы XIX века во всем ее многообразии. Но, конечно же, на передний план выступает сама фигура гениального композитора, творчество которого поистине раскололо мир надвое: на безоговорочных сторонников Вагнера и столь же безоговорочных его противников. Личность подобного гигантского масштаба неизбежно должна вызывать и у современников, и у потомков самый жгучий интерес.Новое издание мемуаров Вагнера – настоящее событие в культурной жизни России. Перевод 1911–1912 годов подвергнут новой редактуре и сверен с немецким оригиналом с максимальным исправлением всех недочетов и ошибок, а также снабжен подробным справочным аппаратом. Все это делает настоящий двухтомник интересным не только для любителей музыки, но даже для историков.

Рихард Вагнер

Музыка
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка