Читаем Музыкальные мифы. Книга 5 полностью

Всюду, куда хватало глаз, были видны цветущие деревья. Среди них то здесь, то там стояли небольшие чистенькие домики. По берегу весёлого ручья гуляли различные животные.

ВОСЬМЫ стояли в изумлении, и даже СОЛЬ, немного приподнявшись, слабо воскликнул:

— Какая красота!

— Ну ладно, пошли, — сказал ЛЯ после недолгой паузы.

— Хватит стоять. Пора...

Уже много сотен лет жил БЕКАР в маленькой хижине рядом с тропой, ведущей с гор. Думы избороздили его лоб морщинами, сгладилась складка жестокости у рта. Сейчас его лицо выражало только мягкость и доброту. Высокий и резкий голос звучал теперь глухо и тихо. Некогда густые каштановые кудри, ниспадавшие на плечи, стали седыми. Пышная белая борода придавала ему величественность и торжественность.

Старик несказанно обрадовался появлению ВОСЬМОВ.

— Ребятки, как попали сюда? — сказал он, поднимаясь им навстречу (до их прихода он сидел на крылечке и кормил голубей).

Ребята не успели ответить, как вдруг БЕКАР закрыл глаза и что-то зашептал.

Тут ЛЯ и его друзья с удивлением обнаружили, что у каждого из них исчезли синяки, а СОЛЬ, завёрнутый в плащ, поднялся как ни в чём не бывало, будто и не падал в расщелину.

— Ну вот, теперь отдохните и рассказывайте, — произнёс БЕКАР и повёл их к простому деревянному столу, стоявшему под очень странными деревьями.

Как только ВОСЬМЫ сели, на столе вдруг появились деревянные чашки с душистым мёдом, горы нежнейших плодов ДОЛЬЧЕ и кружки с холодным лимонадом. Кроме того, перед каждым оказалась вазочка с мороженым, украшенным сверху ягодами спелой клубники и дольками ананасов.

— Ешьте, не стесняйтесь — это всё вам...

РЕ первый подал пример и стал за обе щёки уплетать стоявшие перед ним яства. БЕКАР смотрел на него и улыбался. Его добрые глаза светились. Остальные ВОСЬМЫ тоже стали пробовать стоявшее на столе угощение.

Потом ЛЯ рассказал о цели путешествия, о трудностях, возникших на пути, о последнем переходе через горы, о падении СОЛЬ...

— Ну, ничего, детки. Вы просто ещё не знаете своей силы и возможностей. Я открою их вам... Но сначала отдохните как следует.

БЕКАР встал и подошёл к странным деревьям. Он опять закрыл глаза, что-то пошептал и стал дотрагиваться рукой до веток. Мгновенно на каждой из них появлялся хрустальный или серебряный цветок и нежно звенел от лёгких прикосновений.

ВОСЬМЫ сидели, как зачарованные. Такой нежной и ласковой музыки им не приходилось слышать никогда в жизни.

Наконец, когда все ветки покрылись необыкновенными цветами, БЕКАР взмахнул рукой, и тут со всех сторон к дереву стали подлетать яркие бабочки и стрекозы, мохнатые пчёлы с золотистыми крыльями. Они садились на цветы и те, склонив свои головки, пели.

Теперь музыка звучала многоголосо. Она завораживала и как бы обволакивала ЛЯ и его друзей, заставляя забыть всё на свете.

Было так хорошо и радостно, что ВОСЬМЫ почти стали засыпать. А БЕКАР стоял, гладил свою белоснежную бороду и улыбался.

Наконец музыка смолкла, пчёлы, стрекозы и бабочки улетели, а необыкновенные цветы осыпали свои лепестки. И тут ВОСЬМЫ снова пришли в себя. От только что пережитых мгновений осталось лёгкое воспоминание, ощущение добра и счастья. Хотелось жить для людей, приносить им радость...

— Ну вот, — прервал молчание БЕКАР, — вы и отдохнули. Все чёрные мысли покинули вас, а в сердцах осталась только любовь к людям. Теперь вы готовы выслушать меня и после этого окончательно решить, как жить дальше.

Он повторил рассказ старого моряка и добавил:

— На пути к ФОРТИССИМУ придётся пройти много стран, в каждой из которых вам встретятся препятствия. Поэтому главное — помнить пароли, с которыми вас пропустит любая стража. Зная их и умея ими пользоваться, вы будете втрое, вчетверо, всемеро сильнее... Запомните: всё дело в ваших именах — именно потому в древних преданиях говорилось, что они должны быть разными. Если вы встанете друг за другом в определенном порядке, получатся ЗВУКОРЯДЫ: три человека — ТРИХОРД, четыре — ТЕТРАХОРД, пять — ПЕНТАХОРД, шесть — ГЕКСАХОРД. Если же вы все семеро встанете плечом к плечу в круг и последний станет первым — вы образуете ГАММУ. Она и будет главным паролем ... Но ещё надо запомнить и расстояние между вами. Стоять тесно, почти прижавшись плечом к плечу (такое расстояние называется ПОЛУТОН), следует только четверым МИ — ФА и СИ — ДО. Остальные должны находиться друг от друга на расстоянии вытянутой руки (это расстояние — ТОН)... Но остерегайтесь хромой старухи — волшебницы СИНКОПЫ. Там, где она живёт эти пароли теряют силу. Всё запомнили?

— Конечно, дедушка БЕКАР. У нас есть один мальчик, который может запомнить всё, что угодно. — И все посмотрели на ДО.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мик Джаггер
Мик Джаггер

Мик Джаггер — живая легенда и многоликая икона современной культуры. 2013 год явился для него этапным во многих смыслах: вечному бунтарю исполнилось 70 лет, The Rolling Stones завершили самое громкое в своей истории мировое турне, призванное отметить полувековой юбилей группы, и вдобавок было объявлено, что скоро «сэр Мик» станет прадедушкой. Интерес к его личности огромен, как никогда, однако писать историю своей жизни бывший дебошир, а ныне рыцарь Британской империи категорически отказывается. Что же, приходится за него это делать другим, и новейший труд Филипа Нормана, прославившегося биографиями The Beatles, The Rolling Stones и Джона Леннона, — наиболее исчерпывающий в своем роде. Итак, вы узнаете, как сын простого учителя физкультуры и тихий фанат черного блюза превратился в кумира всемирного масштаба и постоянного героя скандальной хроники, как перед ним падал на колени Стивен Спилберг, а его детей нянчил Энди Уорхол…

Филип Норман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Музыка / Документальное
Песни, запрещенные в СССР
Песни, запрещенные в СССР

Книга Максима Кравчинского продолжает рассказ об исполнителях жанровой музыки. Предыдущая работа автора «Русская песня в изгнании», также вышедшая в издательстве ДЕКОМ, была посвящена судьбам артистов-эмигрантов.В новой книге М. Кравчинский повествует о людях, рискнувших в советских реалиях исполнять, сочинять и записывать на пленку произведения «неофициальной эстрады».Простые граждане страны Советов переписывали друг у друга кассеты с загадочными «одесситами» и «магаданцами», но знали подпольных исполнителей только по голосам, слагая из-за отсутствия какой бы то ни было информации невообразимые байки и легенды об их обладателях.«Интеллигенция поет блатные песни», — сказал поэт. Да что там! Члены ЦК КПСС услаждали свой слух запрещенными мелодиями на кремлевских банкетах, а московская элита собиралась послушать их на закрытых концертах.О том, как это было, и о драматичных судьбах «неизвестных» звезд рассказывает эта книга.Вы найдете информацию о том, когда в СССР появилось понятие «запрещенной музыки» и как относились к «каторжанским» песням и «рваному жанру» в царской России.Откроете для себя подлинные имена авторов «Мурки», «Бубличков», «Гоп со смыком», «Институтки» и многих других «народных» произведений.Узнаете, чем обернулось исполнение «одесских песен» перед товарищем Сталиным для Леонида Утесова, познакомитесь с трагической биографией «короля блатной песни» Аркадия Северного, чьим горячим поклонником был сам Л. И. Брежнев, а также с судьбами его коллег: легендарные «Братья Жемчужные», Александр Розенбаум, Андрей Никольский, Владимир Шандриков, Константин Беляев, Михаил Звездинский, Виктор Темнов и многие другие стали героями нового исследования.Особое место занимают рассказы о «Солженицыне в песне» — Александре Галиче и последних бунтарях советской эпохи — Александре Новикове и Никите Джигурде.Книга богато иллюстрирована уникальными фотоматериалами, большая часть из которых публикуется впервые.Первое издание книги было с исключительной теплотой встречено читателями и критикой, и разошлось за два месяца. Предлагаемое издание — второе, исправленное.К изданию прилагается подарочный диск с коллекционными записями.

Максим Эдуардович Кравчинский

Музыка
Моя жизнь. Том I
Моя жизнь. Том I

«Моя жизнь» Рихарда Вагнера является и ценным документом эпохи, и свидетельством очевидца. Внимание к мелким деталям, описание бытовых подробностей, характеристики многочисленных современников, от соседа-кузнеца или пекаря с параллельной улицы до королевских особ и величайших деятелей искусств своего времени, – это дает возможность увидеть жизнь Европы XIX века во всем ее многообразии. Но, конечно же, на передний план выступает сама фигура гениального композитора, творчество которого поистине раскололо мир надвое: на безоговорочных сторонников Вагнера и столь же безоговорочных его противников. Личность подобного гигантского масштаба неизбежно должна вызывать и у современников, и у потомков самый жгучий интерес.Новое издание мемуаров Вагнера – настоящее событие в культурной жизни России. Перевод 1911–1912 годов подвергнут новой редактуре и сверен с немецким оригиналом с максимальным исправлением всех недочетов и ошибок, а также снабжен подробным справочным аппаратом. Все это делает настоящий двухтомник интересным не только для любителей музыки, но даже для историков.

Рихард Вагнер

Музыка
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка