Читаем Муссон Дервиш полностью

Я люблю Дарвин. Он не для каждого, но после первого сезона дождей вы поймёте, ваш это город или нет. Как город Дарвин не представляет из себя ничего особенного, глядя на здания вы даже можете сказать, что он безобразен. В Рождество 1974 года ураган Трэйси стёр Дарвин с лица земли. Три четверти домов были разрушены. Всё что вы видите там сегодня, было построено после Трэйси, современная стерильная архитектура — бетон, асфальт, алюминий и кондиционеры. Но вы даже не заметите этого всего, Дарвин, это не здания, Дарвин, это, в первую очередь люди.

Дарвин очень близок к природе. Приливы на здешнем побережье достигают двадцати семи футов. Сидя в баре клуба во время отлива вы видите илистое дно моря, простирающееся на мили до мангровых зарослей, узкий, мутный ручеёк медленно течёт в сторону моря, лодки лежат брюхом на иле, как дохлые рыбы. - Опять какой то ублюдок вытащил сливную пробку! - ворчит Балди Пит и заказывает ещё одно пиво. Кубомедузы, жалящее порождение дьявола, удерживают вас от купания в сезон дождей. Их щупальца достигают длинны десяти метров и их ожёг смертелен. К счастью в тихих лагунах они появляются только во время прилива.

Крокодилы не настолько разборчивы, в брачный период они наводняют Дарвинский порт.

Семнадцати футовые монстры плывут вверх по речкам к своим местам спаривания или бредут много миль по суше, чтобы добраться до какого-нибудь изолированного озерца.

Крокодилы, находящиеся под охраной с 1960 года, в настоящее время совершенно не боятся людей. Венец Творения они воспринимают как еду. Осознание того, что мы не являемся вершиной пищевой пирамиды, отрезвляет. Если вы встали в протоке с манговыми зарослями, то вам лучше временно оставить привычку свешивать зад за борт, когда зовёт природа, взрослый крокодил может выпрыгивать на восемь футов над водой. Они так ловят птиц, сидящих на ветвях над водой. Для яхтсмена это означает возвращение к ведру.

Прелесть Дарвина проявляется в мелких повседневных событиях, которые вряд ли могут произойти где либо ещё. Я зашёл в магазин одежды и спросил полотно (canvas), девушка за прилавком не поняла мой английский с сильным акцентом и решила, что я ищу каннабис. Не моргнув глазом направила меня в бар, где скорее всего можно купить желаемое. Здесь даже бюрократия может показать своё человеческое лицо. Я как раз проходил длинную и сложную процедуру получения гражданства Австралии. Наконец мне выписали сертификат, но в последний момент компьютер завис. Женщина за столом на всякий случай проверила распечатку: - Мистер Ларсен? Так? Она посмотрела на меня, на бумагу, потом опять на меня.

- Мистер Ларсен. Здесь написано, что вы родились 01.01.0001. Вы ведь не настолько старый?

Ей пришлось отослать сертификат обратно. Тем временем мое дело переслали из Тасмании в Брисбен, Квинсленд, во все места где я побывал, хотя я находился в Дарвине. Терпение, на всё это требуется время.

Церемония присвоения гражданства была назначена на длинные выходные в январе, в разгар сезона дождей на баскетбольном стадионе. Не смотря на ранний час было жарко и влажно. Стадион находился за городом и добраться туда для меня было непростой задачей.

Было ясно, что пешком не пойдёшь, я бы до сих пор ещё шагал туда. Общественный транспорт в выходные не ходит. С деньгами было не очень, взять такси я не мог, просить в долг тоже не люблю. Я просто сложил пару джинсов и чистую футболку в пакет и попросил одного из завсегдатаев бара подвезти меня. Он жил за городом и проезжал мимо стадиона по пути домой. Побродив в темноте среди спортивных полей, я нашёл наконец подходящее здание и прилёг на ступеньках у входа, немного вздремнуть. Возможно это было бы обычным делом в Индии, но не в Австралии. Утром, в предрассветный час я проснулся от того, что кто-то потихоньку тыкал мне носком ботинка под рёбра, это был охранник.

- Вставай приятель. Здесь спать нельзя. Сегодня утром здесь будет церемония присвоения гражданства. Я зевнул и потянулся, - Всё в порядке приятель. Я один из них. - после чего перевернулся на другой бок. - О, Господи! - раздалось позади.

Перед собственно церемонией мы выстроились в длинную очередь перед служащей из офиса, которая удостоверила наши личности, это была та же самая женщина, что раньше занималась моими документами. Она вспомнила меня. Стало совсем жарко, пот стекал у неё по лбу. - Боже Кристо! Какая жара, мистер Ларсен, думаю сейчас самое время выпить.

Этим вечером в баре я получил типичный австралийский комплимент. Одному из выпивающих яхтсменов сказали, что я только что стал австралийцем. Это был старый, сварливый мужик, не сильно дружелюбный, но мы относились друг к дугу с уважением. Он повернулся ко мне и громко, чтобы все услышали, сказал: - Побольше таких чёртовых ублюдков как ты и мы будем в полном порядке.