Читаем Муссон Дервиш полностью

Самой неприятной встречей был моряк утопленник, проплывший менее чем одной длине корпуса от Кехаара. Мы находились посреди судоходной линии, довольно далеко от берега.

Он лежал раскинув руки, лицом вниз на спокойной поверхности моря, на нём была жёлтая защитная каска, оранжевый спасжилет, ботинки и комбинезон. Его раздувшееся тело напоминало манекен из витрины магазина, чёрная прядь волос выбивалась из под каски. И в этой сцене не было ничего ужасающего, это был спокойный солнечный день.

Это произвело на меня странный эффект. Эпизод совершенно выпал из памяти. Я видел проплывающее тело, но совершенно не осознал что это значит, я даже не записал этот эпизод в журнале, хотя записываю каждую птицу, дельфина или стрекозу, которые попадаются в пути. Словно защитная амнезия накрыла меня, стерев утонувшего человека. Лишь позже я вспомнил это происшествие, но всё так же, как спокойное событие, безо всякого ощущения ужаса.

При датчанах доступ в Индонезию был ограничен и после обретения независимости мало что поменялось. Правительство Индонезии считает все воды между островами территориальными, свободный проход по ним запрещён. Все приходящие в Индонезию или проходящие транзитом яхты должны получить предварительное разрешение и пройти контроль безопасности в Джакарте. Стоит это не дёшево, к счастью индонезийский флот не в состоянии патрулировать тринадцать тысяч островов и контролировать двести миллионов человек, можно проскользнуть и без разрешения. Место для остановки нужно выбирать очень осторожно. Деревни не представляют проблем, мой друг из Дарвина на протяжении многих лет приходил на своей яхте торговать в Танимбарс никогда не проходя индонезийские формальности.

Если нужно пополнить припасы, трюк состоит в том, чтобы найти населённый пункт, достаточно большой, чтобы там были магазины и рынок, но достаточно маленький, чтобы не беспокоили власти. Любой посёлок без радио мачты безопасен минимум в течении трёх дней, ранее чиновники из районного центра не доберутся до вас. Сабанг на острове Пулау Вех, рядом с северной оконечностью Суматры, был моим любимым городом для закупок.

Это достаточно большой городок с чистыми улицами, банком и множеством китайцев.

Вопреки слухам, это не открытый порт, там есть все власти, какие только можно представить, но они снисходительно относятся к яхтам, разумно эксплуатируя их. За несколько долларов вам выдадут разрешение на аварийный заход в порт, не задавая вопросов, что собственно приключилось. Если вы идёте из Индийского океана, Сабанг идеальное место для закупок, там есть все основные необходимые товары, включая топливо и газ, и он дешевле чем Таиланд, Малайзия и Сингапур. Ещё на Пулау Вех выращивают отличный кофе.

Добираться до дальних углов Архипелага может быть очень муторно, там мало ветра и сильные течения, пробивающиеся из Южно-Китайского моря. Старинный парусный маршрут из Кейптауна в Китай проходил через Индонезию в Тихий океан, в обход Палау и Филиппин, никто не ходил напрямую, через море Сулу, и сегодня никто не ходит.

Идя со слабыми ветрами с Сулавеси на Минданао я сделал семь попыток пробиться на запад, и шесть раз течение отбрасывало меня назад. Но однажды, попав в противотечение, я продрейфовал на восемьдесят миль поперёк курса за двадцать четыре часа, оно прилично вынесло меня в Тихий океан. Я видел как идеальный конус вулкана Гунунг Апи съёжился и исчез за горизонтом в течении полудня. Сначала был абсолютный штиль, не было даже ряби на воде, как в мельничном пруду. Потом нас подхватило течение, оно создавало свою собственную рябь, шипя, как воздух вытекающий из прокола в шланге под давлением, плескаясь мелкими волнами. Было немного жутковато, и по прежнему не было ветра.

У Южного Минданао было ничем не лучше, слабые переменные ветра и штили в сочетании с восточным течением от половины до одного узла, от которого ответвляются извилистые потоки достигающие скорости двух, пяти узлов. Я замерил скорость в одном месте, когда мы дрейфовали мимо стоящего на якоре буя в полный штиль. Эти ответвления в ширину не более четверти мили, в них нельзя дрейфовать, они сами дрейфуют, перемещаясь и извиваясь как змеи. Когда поднимается ветер навстречу такому течению, волны приобретают форму не поддающуюся описанию — семь футов высоты с расстоянием между гребнями около тридцати. И попробуйте пробиться против них на тридцатитрёхфутовой лодке.

Ранним утром и после дождя воздух становится настолько прозрачным, что можно видеть горы на расстоянии семидесяти миль. На южном Минданао крутые горные склоны обрываются прямо в море, в десяти милях от берега глубина более трёх километров. Чтобы встать на якорь, нужно подойти близко, дно из чёрного вулканического песка держит отлично, якорь не ползёт даже при сильных порывах ветра дующего на берег.