Читаем Москва полностью

11 | 01458 А что? – вот такие ребята рождаются                 Чего захотят – от того не отступят                 Канадцев побьют и Корчного отлупят —                 От них уж другого и не ожидается                 Повсюду с народом! а если побьют кого                 Из наших – тот сразу в народ и вминается                 Как не был! У них же побьют кого —                 Тот долго один на дороге валяется11 | 01459 Друзья – они ведь люди сложные                 Вот скажем тот же взять Китай                 Уж как вредил нам невозможно он                 А все ведь друг, а все ведь свой                 Да и враги ведь люди сложные                 Вот тех же мериканцев взять —                 Продукты шлют нам всевозможные                 А все – враги, едри их мать11 | 01460 Поляки все не образумятся                 Все с демонстрациями ходят                 А жизнь тем временем проходит                 Себе как тихая безумица                 Все неприкаянная ходит                 И к нам бывает что заходит                 Но уж как полная безумица11 | 01461 Я жил в года, когда свистали пули                 Холодной атомной войны                 Когда ветра с Востока дули                 И гибли лучшие сыны                 Но содрогался враг безумный                 В преддверье смерти неизбежной                 Когда с высокой мировой трибуны                 Его разоблачил товарищ Брежнев                 Леонид Ильич11 | 01462 Своими Рейган подлый трубами                 До смерти нашего сгубил                 Потом эмбарго отменил                 Да уже поздно – не воротишь уже                 Наука будет наперед                 Ему, да вот ему не скажем мы                 А то неправильно поймет                 И всех по одному нас сгубит здесь11 | 01463 Вот говорят, что наши люди                 Хотели Папу подстрелить                 Так этого ж не может быть —                 Они мертвы для нас заране                 Священнослужители, стало быть                 Хотя вот их и подстрелить                 Не преступленье, стало быть                 В этом узком смысле11 | 01464 Когда один в виде Небесной Силы                 Иосиф Сталин над страной летал                 То кто бы его снизу подстрелил? —                 Против небесных снизу нету силы                 Но все же его сверху подстрелили! —                 Не ушел!11 | 01465 Мы – Миттераны                 Мучат нас раны                 Соцьяльные мучат                 Мы соцьялисты                 Мы коммунисты                 Пусть нас научат                 А коммунисты                 Соцьялистам в ответ:                 Да, вас научишь! —                 В вас совести нет                 Классовой11 | 01466 Вот представитель наш в ООН                 Опять в Америке остался                 И ясно представляет он                 С чем он теперь навек расстался                 Впрочем, и раньше представлял                 Когда достойно представлял                 Нас в ООН11 | 01467 Безумц Иван – безумец первый                 Безумец Петр – безумц второй                 А там и третий и четвертый                 А там и мы как есть с тобой                 И дальше дальше поскакали                 Энергья все-таки какая                 Во всем11 | 01468 В железном бункере своем                 С какой-то норной тварью схожий                 С экземою покрытой кожей                 Сидел он с Евою вдвоем                 Германский рухнувший Адам                 И изгнанный уже из рая                 Он говорил ей: Дорогая                 Сейчас вот яду тебе дам                 И мы пойдем в поту кровавом                 Возделывать поля небес                 Кто нас возьмет – не знаю, право                 Возможно Бог, возможно бес                 На этот труд кровавый                 Без                 Гарантий
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги