Читаем Молитва к Прозерпине полностью

– Он нас ненавидит. Ненавидит меня. Долгих семь лет мы с ним играли в прятки. Нестедум меня пытал, я от него убегал, и он преследовал меня в тысяче миров. Из-за него я испытал страшные и позорные мучения, но и ему пришлось страдать, хотя и не так сильно, как мне бы хотелось.

– Ты хочешь сказать, что этот твой Нестедум захватил мир, чтобы отомстить какому-то римскому мальчишке?

Я рассмеялся:

– О нет! Я не настолько важная персона. Нестедум убедил своих сородичей напасть на нас ради знатной добычи: миллионы людей и свиней могут насытить их пасти с тремя рядами зубов. Тебе следует знать, что их желудки могут переварить не любое мясо, и, к нашему несчастью, здесь они обнаружили два новых продукта, которые делают наши земли особенно для них желанными: свинину и человечину. Для них это открытие так же важно, как для людей – найти золото и серебро в далеком краю, но с одним отличием: нам не дано преумножать золото и серебро, а они могут разводить людей, используя пленных. Тех людей, которых они не убивают сразу, тектоники уводят с собой в подземное царство, где на фермах заставляют размножаться, а потом отправляют на бойни.

Я замолчал, давая ему возможность осмыслить мои слова, а потом продолжил:

– Что же касается Нестедума, то успех его похода так велик, что он заслужит славу и уважение соплеменников, но его цель заключается не в этом. Он отдает столько сил этому нашествию, потому что наслаждается ненавистью. Нестедум – настоящий виртуоз ненависти, потому что единственные виды искусства, которые любит и развивает раса тектоников, – это причинение страшной боли другим существам и наслаждение зрелищем страданий тех, кого они ненавидят.

Цезарь всегда был человеком очень практичным и перешел непосредственно к военному делу.

– Тектоны – самые грозные воины, – заверил его я, – потому что объединяют в себе две, казалось бы, противоречивые черты: они самые дисциплинированные из всех солдат и одновременно самые страшные из хищников. Они чудесным и непостижимым уму образом выдрессировали насекомых и разных зверушек своего мира. Их доспехи сделаны из тысяч крошечных жучков, которые сплетаются лапками, их шлемы – животные с твердым панцирем, сапоги – гибкие существа, а щиты – некое подобие прямоугольных черепах, которые подчиняются своим хозяевам гораздо лучше, чем самые умные из наших псов.

Цезарь дал мне возможность договорить и не прерывал меня. Когда я замолчал, он произнес:

– Хорошо, Марк. Пока что ты рассказывал мне о том, что делает нашего противника особенно опасным. А сейчас я хочу, чтобы ты объяснил мне их слабые стороны – то, что делает их уязвимыми.

Я на минуту задумался, а потом ответил:

– Им очень трудно быстро принимать решения, и стратеги из них никудышные: их когорты действуют идеально слаженно, но всегда, с древнейших времен, производят одинаковые маневры.

– Почему?

– Потому что они всегда давали хорошие результаты. Следовательно, они не умеют быстро перестраиваться в новых условиях и еще хуже реагируют на непредвиденные обстоятельства.

– Продолжай.

– Их тритоны страшны, но не идут ни в какое сравнение с нашими конями. Правда, тритоны наводят ужас, а их пасти – это тоже оружие, потому что в них три ряда зубов, как и у всадников, и тритоны яростно кусают любого, кто окажется на их пути. Кроме того, тектоны прикрепляют им на бока некое подобие огромных устричных раковин, которые воют и стенают так, что у людей кровь застывает в жилах. Это действительно так, но у тритонов есть явные и значительные недостатки: они медлительны и неловки. Им не хватает маневренности, и чтобы поменять направление или развернуться, им необходимо много места. Умелый и ловкий всадник может справиться с ними, подобно тому как маленький паучок обволакивает своей нитью большого шмеля, несмотря на разницу в размерах. Что же касается гусеномусов, то это глупейшие твари, которые годятся только как транспортные средства и совершенно непригодны для боя. Когда тектоны становятся лагерем, они укладывают гусеномусов вокруг и таким образом не теряют времени на строительство стен, но больше от них нет никакого толку. Если же говорить о самих тектониках, то они ненавидят морскую воду, потому что соль разъедает им кожу. К сожалению, мы потеряли возможность сразиться с ними на море у Геркулесовых столпов.

– А что еще? Я хочу знать больше, – настаивал Цезарь. – Какие еще у них есть недостатки, в чем заключается их ограниченность?