Читаем Молчание полностью

— Серафим знал, где находится выключатель, дорогая. Как ты это объяснишь? «Я спрашиваю в последний раз», — все твердил он. Никак не мог поверить, что я не собираюсь платить, что я и впрямь готов отказаться от Неда.

— Но ведь это неправда, Том, — сказала она и добавила дрожащим голосом: — Я тебя знаю, в душе ты так не считаешь.

— Он и представить себе не мог, что человек в моем положении способен считать свое желание поквитаться оправданным. Только знай себе твердил, что бы он сделал, чтобы защитить своих сыновей. Потом он начал терять терпение, и все вдруг изменилось.

Обхватив одной рукой шею Карен, Том протянул другую к выключателю за шторами.

— Этот сукин сын начал считать. Он держал меня на мушке, Карен. Вот так.

Карен почувствовала, как в шею уперся холодный ствол пистолета.

— РАЗ… «Когда я досчитаю до пяти, — сказал он, — вы погасите свет. Подадите им сигнал прихлопнуть мальчишку. Жаль, что до этого дошло, Том, правда жаль».

— Зачем ты так? — проскулила Карен.

— ДВА… «У моих ребят рука не дрогнет. Теперь (цитирую слово в слово) все должно выглядеть, как в какой-нибудь долбаной греческой трагедии. Вы меня понимаете? Пострадавший только что узнал, что его жена любит другого и что его сын вовсе не от него. Вы вернулись домой с вечеринки, охваченный жаждой мести, и в припадке ревности убили мальчика, а потом вышибли себе мозги. Таким вы хотите остаться в памяти людей?»

— Прекрати, Том, — это безумие. Ты же знаешь, что я бы никогда…

— «И оставить вашу жену единственным бенефициарием».[63]

— Я бы никогда, никогда не смогла причинить Неду вреда.

— В тот момент, когда ты спуталась с этими людьми, ты поставила его под удар. Ты должна была понимать, что если машина закрутится, то ты ее уже ничем не остановишь. Или ты была настолько опьянена, что не подумала о последствиях?

Карен не знала, что ответить. Она всматривалась в дождь, который был уже не таким сильным. В конце пирса горел огонек — должно быть, на судне.

— Но тут Серафим сплоховал, — продолжал Том. — Он совершил ошибку. Угрожал мне оружием, которым, он это понимал, не мог воспользоваться. Ведь чтобы все выглядело как самоубийство, оно должно быть моим. Так до скольки я досчитал? До двух, до трех? Он, во всяком случае, считать перестал: надо было вернуться вниз и подобрать подходящее ружье в подвале. Ключ я держу в бюро в моей гардеробной. На пути туда Виктор позволяет себе отвлечься. Я вижу в этом свой шанс и использую его. Знаешь, что я сделал, дорогая? Я спас Неду жизнь. Спас жизнь нашему малышу.

— Ты любишь его, Том, так же сильно, как я.

— Если… — Он коснулся губами ее уха. — Если, конечно, это не было всего лишь игрой и на самом деле они не собираются убивать Неда. Возможно, Серафим блефовал. Давил на меня, понимаешь, доводил до последней крайности. То есть ему пришлось блефовать — не так ли? — действуя заодно с тобой и Хейнсом. А что, если бы я уступил? Каков был план? Ты остаешься со мной, этакая верная женушка, пока выкуп не будет заплачен, а потом сходишься с Джо и вы втроем исчезаете, так?

— Не было никакого плана.

— ТРИ… Значит, ты готова признать, что это был блеф?

— Нет, Том, подожди!

— Глухонемые, разумеется, не слышали выстрела. Если эти ребята еще там, то они продолжают ждать сигнала.

— Чего ты хочешь? — завопила Карен.

— ЧЕТЫРЕ… Помимо удовольствия видеть, как ты страдаешь, я хочу, чтобы ты узнала, что такое настоящая боль. Не то баловство, не те мелкие царапины, которые ты наносишь себе, усмиряя свою чересчур ненасытную плоть, не та боль, которую можно унять. Ах, эти жгучие раны! Теперь я понимаю, почему все это возобновилось. Объяснение — на одной из пленок. «Как ты могла позволить ему такое?» Что, твой Мистер Мэн был не слишком сговорчив? Надо было как-то его убедить? И тебе пришлось продемонстрировать ему следы когтей злодея мужа, после чего он бросился тебя спасать?

— Если я должна ответить «да», то есть признать, что в каком-то смысле ты прав… то — пожалуйста, пожалуйста, я сделаю все, что угодно.

— Все, чего я хочу, это разделить с тобой потерю того, что ты отняла у меня. Боль, которую испытываю я, Карен, не может утолить ничто.

— Пощади хотя бы Неда.

— Ты же не пощадила. А теперь протяни руку и выключи свет. Я хочу, чтобы ты составила мне компанию в аду.

— Домой! — взмолилась Карен, прибегнув к спасительному слову. — Домой, Том!

— То есть? — Он рассмеялся ей в лицо. — Ты и так дома.

Где-то у самого пола работала вентиляция, слышалось непрерывное шипение всасываемого и высасываемого воздуха. Джо стоял на карачках, ожидая, когда Рой-Рой вернется из камбуза, и чувствовал, как холодеет пот у него под рубашкой. Немой не спускал глаз с его лица и наполнял стакан, пока вода не полилась через край.