Читаем Молчание полностью

Джо продолжал говорить, рассказывая ему о своих надеждах на будущее, о Карен, о мальчике, о том, что они хотят найти последний незагаженный уголок Америки и зажить там одной дружной семьей, — нес всякую околесицу, пытаясь тем временем освободить багор от зажимов, крепивших его к плинтусу красного дерева. Наконец ему это удалось — багор хлопнулся об пол под кушеткой.

— Еще не поздно, Рой, — сказал Джо, повысив голос, как будто хотел заглушить стук. — Ты еще можешь уйти.

Немой нахмурился. То ли он уловил вибрации, то ли его насторожила какая-то перемена в выражении лица Джо, но он поставил стакан на стойку и, ссутулив плечи, пошел проверить. Джо подождал, когда Рой войдет в зону досягаемости, и тогда, вытянув деревяху из-под кушетки, двинул ему снизу острым наконечником между ног. В тот же момент он вскочил на ноги и с силой отдернул багор назад, раздирая длинным латунным крюком ткань и плоть в обвислой промежности Роя.

Тот испустил резкий, свистящий вопль и с остервенением схватился обеими руками за шест, уронив монтировку на пол. Джо крутанул древко и, воспользовавшись преимуществом высокого роста, увеличил угол наклона, чтобы получить выигрыш в силе. Ему удалось протаранить противника на пару шагов в сторону камбуза и, подцепив пяткой монтировку, откатить ее назад. Но ему нечего было противопоставить силе Рой-Роя. С искаженным злобой лицом немой пошел на него, перебирая руками деревянный шест как канат.

— Дубина недоделанная! — глумился Джо, опьяненный собственным страхом.

Тут он услышал плеск волн, поднятых прошедшим мимо катером. Через секунду «Акулу» сильно качнуло, и оба парня чуть не упали, но Джо не растерялся и неожиданно выпустил древко из рук. Рой-Рой отскочил в сторону и, не удержав равновесия, повалился навзничь вместе с импровизированным гарпуном.

Джо бросился к лестнице, не забыв прихватить монтировку, и выбрался на палубу. Дверь каюты он запер на ключ — это давало ему пару минут, не больше.

Сойдя с транца[64] на широкие, скользкие от дождя сходни, он увидел огни спрятавшегося за мысом Эджуотера и спрыгнул на берег.

* * *

Том взял руку жены и мягко, но решительно потянул ее к шторам. Карен пыталась сопротивляться, крепко сжимая кулак с обломком бронзы, чтобы в нужный момент пустить его в ход. Но Том все еще держал пистолет у ее горла и так легко направлял ее тонкую руку, сплетенную с его рукой, как будто учил ее играть в теннис или показывал новый танец.

— Прекрати! Сколько можно? Вспомни, о чем мы с тобой договаривались, Том, — спасительное слово… ДОМОЙ!

— О чем это ты? Сумасшедшая. Разожми кулак.

Сквозь дождь Карен расслышала доносившиеся с улицы помехи коротковолнового радиоприемника и влажный шорох шин по гравию.

— Слышишь? — спросила она и тут же пожалела, что не закричала во все горло, не позвала на помощь.

Том зажал ей рот ладонью и спокойно, но быстро, то шагом, то волоком протащил ее через комнату к противоположному ряду окон. Стоя вплотную к стене, так чтобы их не увидели снизу, он дал ей посмотреть, как патрульная машина полиции округа Нассау плавно въехала на подъездную аллею и остановилась у парадной двери.

— Все нормально, — прошептал он, когда водитель вышел из машины и встал лицом к дому, оглядывая окна. — Я знаю этого парня, он мой приятель.

4

В холле Том перед зеркалом неторопливо поправил халат, прикрыв воротником красноватые отпечатки пальцев Виктора на горле, затем подступил поближе проверить, нет ли на лице чего-нибудь такого, чего на нем не должно быть. Покрутил головой туда-сюда, не двигая глазами. Осмотрел ногти (грязь под одним из них была похожа на кровь), обдумывая, что сказать, если кто-нибудь сообщил о выстреле.

Запеклась уже, приобрела цвет темной ржавчины.

В дверь снова позвонили.

— Все нормально, нормально! — Он почистил ноготь зубом, провел рукой по еще влажным волосам и, приказав Брэкену, чье рычание доносилось из подвала, сидеть тихо, открыл парадную дверь.

— Ну, ты хорош, Чарли, — сказал Том старшему из двоих полицейских в форме, стоявших под мокрым балдахином глицинии. — Ты хоть представляешь, который час?

— Извините за беспокойство, мистер Уэлфорд. — Офицер почтительно приподнял шляпу. — Думаю, это ненадолго.

Том был даже рад видеть Чарли Кавальски, состоявшего на службе в полиции Долины Акаций столько же лет, сколько он прожил в Эджуотере. Этакий седовласый, плосколицый поляк с покатыми плечами и пивным брюшком, без двух минут отставник, он помог ему как-то остановить понесшего мерина на Сканк-Мизери-роуд, и он тогда сделал щедрое пожертвование в пользу полицейского управления, что снискало ему хорошую репутацию у местных представителей закона.

Офицер Кавальски по сей день питал к нему самые добрые чувства.

— У нас тут… э… заявитель. — Его усталые брови удивленно приподнялись, когда с территории Нонсача донесся шквал пьяных голосов. — То есть одна обеспокоенная юная леди там, в машине, говорит, что она у вас работает. — Он, полистав, открыл блокнот.

Том бросил взгляд за его плечо и увидел в заднем окне автомобиля белокурую головку Хейзл.