Читаем Мой путь в рай полностью

Мы, из погребальной команды, шли следом, как стервятники, и бросали тела на грузовики. Во многих домах, где должны были быть казнены мужчины, их жены, матери и дети оказывали сопротивление и тоже были ликвидированы. Члены семьи цеплялись за мертвецов, и нам приходилось отгонять их, чтобы убрать трупы. Один старик набросился на нас с ножом, и мы изрубили его нашими мачете. Впоследствии мы всегда оставляли одного на страже, пока остальные работали. Вскоре после полуночи мы столкнулись с грудой тел. Одна женщина была еще теплой и светилась в темноте серебром. Рука ее дернулась, когда мы подошли, и у меня появилась безумная надежда, что она еще жива, что я могу спасти ее. Я подбежал к ней и положил на спину, потом начал осматривать ее раны. Лазерное ружье прострелило ей живот. Лицо и руки светились ровно, как у мертвых, это означает, что мало тепла доносится кровеносными сосудами близко к коже. Но я видел, как она пошевелилась! Она жива!

Я крикнул товарищам, чтобы мне принесли бинты для перевязки. И начал нажимать ей на грудь, пытаясь втолкнуть ей в легкие воздух. Компадре сказал, что она мертва, и оттащил меня. Я долго смотрел на нее и понял, что он прав. Мне сказали, чтобы я немного поспал, и я отошел в сторону.

День был невероятно долгий, и перед глазами у меня плыли ужасные картины: обожженные тела, сломанные кости, изуродованные лица. Я столкнулся со стеной и понял, что уснул на ходу. Но я знал, что не смогу уснуть по-настоящему.

Мне нужно было отдохнуть, и я вспомнил обещание Тамары создать для меня мир сновидений, место, куда можно отступить. Несколько раз на протяжении дня я видел ее в инвалидной коляске рядом со зданием главной конторы корпорации.

Я побрел по темным улицам мимо прятавшихся в укрытиях наемников к индустриальному комплексу. Разбил окно здания, взобрался и отыскал источник энергии и монитор сновидений - индустриальную модель, какие используются при обучении с школах. Потом я вернулся к помещению корпорации и поднялся по мраморным ступеням. В коридорах уже не было трупов, и целая армия обслуживающих роботов стирала кровь и сметала с пола осколки стекла.

Я застал Тамару вместе с тремя другими в коммуникационном узле. Они просматривали записи с изображением чиновников корпорации и слегка изменяли изображение. Тамара подключилась к компьютеру у стола, полного оборудованием. Она взаимодействовала с голографическими камерами, которыми управлял сидевший за инструментальной панелью человек. Другая женщина у звукоаппаратуры переводила фразы на японский и вводила в компьютер, который произносил их голосом чиновников. Индеец торопливо просматривал записи, отбирая те, которые предстояло изменить.

Я встал за Тамарой и коснулся ее плеча, потом обошел ее, чтобы она смогла меня увидеть.

- Здравствуй, сеньор Осик, - послышалось из микрофона, присоединенного к ее кимоно. Говорила она торопливо, озабоченно. Сидела, обвиснув в своем кресле, не способная к физическим действиям. Даже глаза ее не мигали.

- Что вы делаете? - спросил я.

- Готовим пропагандистские ленты.

Я посмотрел на голограмму, которую они преобразовывали. Президент Мотоки сидел за столом вместе с несколькими людьми. На крошечном кристаллическом экране на столе рядом с рукой Тамары появилась надпись:

АНЖЕЛО, ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ? УХОДИ! ЗА МНОЙ ВСЕ ВРЕМЯ СЛЕДЯТ, ТЫ НЕ МОЖЕШЬ МНЕ ПОМОЧЬ!

Я кивнул, давая ей знать, что прочел сообщение. Хотел пообещать ей помощь, предупредить о планах Гарсона - кибермеханическая тюрьма немногим лучше мозговой сумки. Хотел извиниться за то положение, в котором она оказалась. Вместо этого я тяжело сел. Смотрел, как на голограмме чиновники минуты две переговаривались, потом все встали, поклонились и все, кроме Мотоки, вышли из комнаты.

После этого девушка у звукообрудования крикнула: "Тишина!" и пустила новую звуковую дорожку. Президент Мотоки рассказал несколько анекдотов судя по тону голоса, это были скабрезные анекдоты, а собравшиеся ответили взрывом хохота.

- Перемотаем и пустим заново! - сказала девушка. Сцену пропустили снова. Но Тамара и ее спутники кое-что изменили. В середине беседы президент Мотоки широко улыбнулся и рассказал неприличный анекдот. На строгих лицах чиновников появились хитрые усмешки, президент отпустил еще несколько шуточек, и все рассмеялись. Потом чиновники встали и в прекрасном настроении вышли, оставив Мотоки одного. Тот отвернулся от стола и посмотрел в камеру. Последний кадр записи - лицо Мотоки, встающего из-за стола, искажено дьявольской усмешкой.

Тамара несколько раз снова пропускала запись, сглаживая некоторые места, так что в конце концов невозможно стало догадаться, что запись изменена. Я слышал, конечно, что изображение можно изменить с помощью компьютера. Но так, чтобы оно изменялось при помощи человека, способного создавать мир сновидений, менялось прямо из ее воображения, такого я еще не видел. При этом процесс заметно ускорялся.

Когда Тамара кончила, я кивнул в сторону голограммы. Мысли мои мешались. Я закрыл глаза и откинулся в кресле.

- Зачем это все?

Тамара ответила: