Читаем Мой дом – СССР полностью

Знал ли я всё это, сидя в классе, погрузившись в свою контрольную работу? Конечно нет. Но мы чувствовали, что нам очень приятно жить и учиться в такой стране, играть в футбол и хоккей, бегать на лыжах, просто находиться среди дружелюбных людей, где нет агрессии, криминала, войн.

Вот и зазвенел звонок, извещая нас о конце урока.

– Всем сдать свои работы, – громко заявила наша математичка Галина Романовна. – Все успели? – спросила она. И, услышав утвердительный ответ, продолжила, собираясь уходить из класса: – Результаты получите через несколько дней.

Началась большая перемена, и школьники засобирались в столовую:

– Ты пойдёшь кушать? – спросил меня, выходя из-за парты, мой друг Витька.

– Конечно, – ответил я, и мы быстренько вышли из класса.

Школьная столовая находилась в отдельном приземистом здании. Мы торопливо семенили ногами: надо было успеть и покушать, и поиграть в волейбол, и позаниматься на турникетах или просто погулять по школьной территории, ведь большая перемена длится всего-то сорок пять минут.

Мне очень нравилось кушать в нашей столовой. Попробовать горячий суп, съесть изумительно вкусные котлеты или антрекоты, а в конце ещё и попить сладкий компот было просто блаженством, от чего нельзя было отказываться никак. Горячая пища для детей очень важна. Стране нужны здоровые дети, это все понимали. И, может быть, поэтому стоимость обеда была мизерная – можно сказать, обедали мы почти бесплатно. Тарелочка супа, например, стоила три копейки, котлетка с картофельным пюре – пять копеек, стакан компота – всего две копейки. Итого весь обед стоил десять копеек. А во многих школах, говорили, вообще бесплатно кормили.

Вот и столовая. Подходя ближе, мы уже чувствовали вкусные-превкусные запахи. Внутри было многолюдно, но в очереди никто не стоял. Дело в том, что мы заранее покупали талончики на обед и, приходя в столовую, сразу шли на раздачу. Это здорово экономило время.

– Гена, из Ходарской школы звонили, приглашают нас провести матч по футболу, – сказал торопливо проходивший мимо Вовка Акимов.

Эта новость заинтересовала меня:

– А когда надо ехать?

– В эту субботу.

Я уже понял. Надо срочно известить всю команду, приготовить форму, бутсы, мячик футбольный. Дело в том, что у нас не было специальных спортивных секций, поэтому все организационные вопросы: по подбору команд – будь то по футболу, хоккею, волейболу или даже баскетболу, по организации встреч, по покупке спортивной формы – решались только энтузиастами. Вот этими энтузиастами мы и были: я с Вовкой Акимовым и Петей Харитоновым, вратарём нашей команды.

– Петя, свои вратарские перчатки не забудь, – сказал я другу, который стоял рядом и слышал наш разговор.

Он кивнул. Недавно брат Пети привёз из города специальные футбольные вратарские перчатки и подарил их ему, чем мой друг очень гордился.

Так, попутно решая вопросы о предстоящей встрече, мы вместе и пообедали. А пообедали мы, как всегда, очень вкусно. Тут Витька Васильев заторопился обратно в класс:

– Я пойду, мне нужно закончить стенгазету, – сказал он и быстро вышел из столовой.

В оформлении стенгазет Витьке не было равных во всей школе. Он настолько хорошо писал статьи, притом на любую тему, и так здорово оформлял газету своими рисунками, что многие диву давались. Мне нравилось дружить с Витей, может, поэтому мы сидели в классе за одной партой с первого класса. Мы оба учились очень хорошо, но у нас были совершенно разные интересы. Я мог всё своё свободное время заниматься разными видами спорта: футболом, хоккеем, бегом на лыжах, шахматами и шашками. Ну а Витька больше любил заниматься тем, что писал стихи, сочинял сказки, готовил разные статьи для газет и журналов. Но при этом мы довольно хорошо дополняли друг друга. Частые занятия спортом дали свои результаты: я был довольно крепким юношей в свои четырнадцать лет. Ну а Витьке это не грозило, он по-своему смотрел на мир. Приходилось даже иногда заступаться за своего друга, когда пацаны из других деревень начинали задирать его. Я это делал с удовольствием. Нет, я не был драчливым, но никогда не уклонялся от покачивания мускулами, когда надо было защищать слабого. Так получилось, что это осталось моей привычкой на всю жизнь.

Мы не торопясь вышли из столовой. Нам не надо было спешить, как Витьке. Так же, не торопясь, смешались с резвящейся толпой учащихся.

* * *

Ур-р-а-а-а!!! Наконец-то начались каникулы! Месяц был очень трудным, но мы прошли его, так сказать, с честью. Все контрольные были сданы на «хорошо» и «отлично». Некоторые из класса нахватали троечек тоже, но это уже не имело значения.

Радость от нахлынувшего счастья не имела границ. Наконец-то наступил тот день, когда не надо было бежать в школу, и наконец-то наступило настоящее лето! В такое время в городах школьники едут в пионерские лагеря, ну а мы полностью были предоставлены самим себе.

С утра пораньше приехал на велосипеде Вовка Акимов:

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное