Геннадий Волков

Мой дом – СССР

ПРЕДИСЛОВИЕ

«…СССР – Союз Советских Социалистических Республик…» – огромная страна, включающая в себя территорию всей бывшей царской России и населённая людьми многих и многих народностей, названными объединяющими словом – советские люди, своей культурой, уровнем образования, достигнутыми успехами в науке, своей политикой, основанной на доброте и справедливости по отношению к себе и другим странам мира, показала всему человечеству всю состоятельность Советского общества быть примером для других государств Мира в деле строительства гражданского общежития.

Вот эта «Радость» бытия человека, как результат, сотканный думами людей многих эпох о равенстве и справедливости, был отвергнут темными силами, внедрёнными в человечество и, к великому сожалению, до сих пор ведущими активную разрушительную деятельность против него, что и привело к разрушению СССР. И эта трагедия, иначе и не назовёшь, коснулась всех Советских людей, неся с собой огромные негативные последствия.

Для нового поколения молодых людей, живущих на территориях бывшего СССР, всё дальше и дальше отдаляются принципы жизнедеятельности Советского человека, унеся с собой в забытьё и само слово СССР, переходя, так себе, в тень прошлого или эфемерное пространство.

А для нас, Советской молодёжи семидесятых и восьмидесятых, воспоминания нашего времени вызывают в первую очередь улыбку, долгую добрую улыбку о нашей прекрасной беззаботной жизни, как что-то большое, огромное солнечное пятно, и тут же неминуемо наступает и грусть, как о большой безвозвратной утере, можно сказать – потере своего дома. Ведь мы все понимаем – СССР и был нам всем любимым Домом.

Вот об этом, и о многом другом, что составляло основу Советской молодёжи тех лет, я и постараюсь довести до вас очень доходчиво, что непременно вызовет и у вас большую добрую улыбку.

Как быстро проходит время. Только что были совсем юными пацанами, остановился, осмотрелся, а ты уже взрослый дядя. Встряхнул головой: не беда, всё ещё впереди. И опять понесло дальше в круговорот событий – уже взрослой жизни. Сам себе говоришь: стой, не беги, подожди, оглянись. Наконец-то послушался: встал, оглянулся. Ой, батюшки, уже больше полжизни пролетело! И уже нет той уверенности, что все ещё впереди… У тебя от осознания этого постепенно начинают округляться глаза, ты не хочешь в это поверить – нет, не может быть, да это не со мной, да ведь как один день… Но, к сожалению, это я, и те годы, которые так быстро пролетели, тоже мои. С этими грустными мыслями я стал мысленно просматривать свои прошедшие годы и вдруг понял, что не такие уж они короткие и не так уж быстро пролетели. Сколько всего сделано, сколько всего пройдено, тяжким трудом с лёгкостью перелопачено, за что не брался бы сейчас ни в какую. И она, то есть жизнь моя, открылась мне всей своей полнотой тепла и радости, прекрасными очертаниями жизненных перипетий, которые мне издали кричали, что все это здорово. Жизнь – это здорово, жить – это здорово. И зародилась у меня идея: а расскажу-ка я всё это моим сыновьям, заодно и вам, дорогие мои читатели.

* * *

Полусонный, я ещё лежал в кровати, любуясь бликами от языков пламени, которые ярко отсвечивали из каменной печки. Большая печь постепенно разогревалась, и тепло от неё шло по всему дому, создавая неповторимый уют. Не верилось, что за стенами дома холодный зимний день. Я осторожно приоткрыл занавеску на окне. Было уже светло, и ослепительный белый цвет от снега ударил мне в глаза. Улица была ещё пустынна, только несколько прохожих шли по деревне по своим делам. И тут я вспомнил, что отец пообещал мне ещё вчера взять с собой на охоту за зайцами. Я быстренько вскочил с кровати и начал одеваться. Мои сёстры ещё досматривали свои последние сны, а я уже был готов к действиям.

– Мама, а папа где? – спросил я мать, осторожно вошедшую с полным ведром колодезной воды.

– Так он только что ушёл. Не хотел тебя будить.

Мама сочувственно посмотрела на меня со своими добрыми глазами, увидев, как меняется моё лицо.

– Впрочем, ты можешь его догнать.

Через несколько секунд я уже был во дворе нашего дома. Пристегнул ещё вчера приготовленные лыжи к своим ногам и, прихватив с собой большой кусок чёрного домашнего хлеба с намазанным на него маслом, рванул быстренько в сторону леса – через огород, через яблоневый сад, занесённый снегом, через небольшие сугробы, лишь бы догнать папу. Для меня было очень важно сходить на охоту. Ведь ни один из моих друзей не был вместе со взрослыми в лесу. Наверное, мы ещё были совсем маленькими. Шутка ли, ходить по лесу с ружьём, когда тебе всего-то десять лет. Значимость охоты от этого только увеличивалась.