Читаем Мой дом – СССР полностью

Немногословно переговариваясь, мы быстро уплетали неимоверно вкусные пирожки – с мясом, с картошкой, с капустой, с вареными яйцами и зелёным луком, запивая всё это сладким свежим компотом. Уже прощаясь, после нашего изумительного по своему вкусу обеда на открытом воздухе, Анатолий вымолвил:

– Уважаю, очень уважаю, настоящий мужчина, – и с такими словами протянул мне руку.

Мы тепло обнялись, как старые друзья, и я, стащив с кузова свой велосипед, приготовился к дальнейшему путешествию.

– Анатолий, большое спасибо за самый вкусный обед в моей жизни. Ты бы знал, как это было вовремя. Дело в том, что я в спешке, когда выезжал, забыл у сестры свой кошелёк. Ты мне очень помог.

– Бог тебе помог, он всегда приходит на помощь вовремя, – сказал Анатолий и, улыбаясь, начал мне махать рукой, видя, что я собрался уезжать.

Отдохнувший, я снова покатил по чёрной змейке асфальта, в радостном предвкушении предстоящей встречи с родителями. До родной деревни осталось всего-то десять километров. Но вот снова незадача: впереди закончился асфальт, и дальше шла засыпанная белым гравием дорога, по которой точно нельзя ехать на спортивном велосипеде. Моментом проколешь облегчённые шины. Делать было нечего, я тут же поудобней повесил на плечо велосипед и пешком отправился дальше, покорять последние три километра, оставшиеся до деревни Ходары. А там уже по грунтовым дорожкам, по тропинкам, мимо нашей родной школы, колхозного сада – всё ближе и ближе к родному дому.

Я с лёгким трепетом открыл ворота и зашёл во двор. Отец и мать были во дворе и с немым изумлением смотрели на меня, видимо не понимая, откуда я такой свалился. Одетый в нарядную спортивную форму и с голубым перламутровым велосипедом я, видимо, смотрелся очень эффектно. Папа заговорил первым.

– Неужели на велосипеде приехал, ведь от Шумерли целых двадцать пять километров, довольно далеко.

– Папа, да я из Канаша через Чебоксары почти двести километров отмахал. Сёстры вот привет вам передавали.

Папа в изумлении уставился на меня.

– Гена, зачем ты себя так изнуряешь? – как всегда сочувственно, спросила мама. – Это ведь очень далеко и опасно.

Так и переговариваясь, я довольно коротко изложил, как я жил эту половину года, как работал на заводе, и про новых друзей, и про то, что я уже получил повестку о призыве в армию и 7 мая должен с вещами явиться в военкомат. Папа и мама слушали меня молча, только изредка прерывая. Только потом, уже сидя за накрытым столом, полным мамиными кулинарными изобретениями, папа по-военному коротко выразился:

– Гена, когда входишь во взрослую жизнь, нужно узнавать эту самую жизнь изнутри, где можно её и потрогать, и попробовать на зуб, никто тебя не торопит, где не надо сдавать экзамены на знание жизни. Не надо нестись галопом, а надо медленно набираться опыта, чтобы случайно не навредить себе и близким, друзьям и знакомым. Поэтому я считаю, что ты делаешь сейчас всё правильно. Слесарь по ремонту оборудования – это очень рукастый человек, и для будущей взрослой жизни это очень уместно, а служба в армии для молодого человека – очень сильная школа жизни. А что в МЭИ не поступил учиться, так это оттого, что, может быть, это не твоя специальность – быть атомщиком-ядерщиком. А за спортивные достижения спасибо. Молодец.

После папиных слов все сомнения мои исчезли. Впереди опять было безоблачно, и я уже был готов начать служить Отчизне.

* * *

Утренний свет только начал просачиваться сквозь окна вагонов, а народ уже зашевелился и под неторопливый стук колёс поезда медленно начал просыпаться. Наш военный эшелон подъезжал к последнему на нашем пути городу – Калининграду. Главный по нашему вагону, сопровождающий армейский капитан, объявил, что стоянка будет всего десять минут и выходить на перрон запрещено. Поезд устало выдохнул в свой гудок и остановился, чтобы набраться сил и поехать дальше, увезти нас, молодых, новоиспечённых солдат Советской Армии за границу Союза – в Германскую Демократическую Республику для прохождения службы в военных частях ГСВГ – Группы советских войск в Германии. Мы всю дорогу гадали, куда же нас повезут служить, ведь страна наша огромная. Знали только, что эшелон движется на запад. А наш капитан всё отмалчивался, бубня иногда на наш вопрос, что узнаем, когда нужно. Как только проехали Вильнюс, стало ясно, что наш пункт назначения – ГСВГ.