Читаем Мир Уршада полностью

Зимой они меня забрали, я подошла им больше, чем сестры. Домой я больше не вернулась, а мой отец получил право не снимать белую маску на торжествах Посоха и Гневливой луны. Мама получила несколько жирных кроликов и прирученного паука-птицелова. Это высокая честь, когда семья дарит обществу новую колдунью, народ уважает родителей девушки. Так было всегда. Пусть смеются те, кто никогда не жил во владениях Леопардовой реки. Пусть смеются прусские профессора в париках, пускающие слюни над колбами в университетах. Пусть смеются благородные персы, покуривая шишу. Пусть недоверчиво бубнят честные склавены, кланяясь своему кресту, пусть считают варварством и грязью обычаи джунглей. Пусть. Я им прощаю.

Они никогда не видели, как Матери волчицы выгоняют из человека белого уршада. На всех трех твердях страшатся уршадов, страшатся сами обернуться отцом последышей, но никто, кроме наших женщин, не берется изгнать беса до того, как он полностью овладел человеком. Уршады встречаются четырех видов, но только белого можно изгнать бескровным способом, и то, если унюхаешь его заранее. Поэтому к нам часто приходили люди из родственных кланов, кочевники с предгорий и даже иногда добирались узбеки из далекой Бухры. Эти платили лучше всех, особенно если удавалось поймать белого уршада на раннем сроке. Красных и бородавчатых уршадов остановить и выгнать почти невозможно, они развиваются в теле человека слишком быстро, прорастают всюду и способны даже имитировать речь, но недолго, два дня. Уршад, распавшийся в нижнем зале биржи, относился к бородавчатым, судя по виду последышей. Колдуньи Леопардовой реки умеют унюхать и убить красного и бородавчатого уршада заранее, но убивать его приходится вместе с человеком.

Хуже всех прочих — прозрачный. До того, как попасть на твердь Зеленой улыбки, я о них только слышала, но ни разу не встречала. Такого уршада могут учуять собаки, обезьяны, медведи и лошади. От него шарахаются птицы, и сторонятся даже клопы. Казалось бы — нет ничего проще, как вовремя определить нечисть! Но беда в том, что прозрачный уршад — самый коварный из всех. Люди, попавшие под власть прозрачного беса, обычно самые обаятельные, хорошие рассказчики, плясуны и любовники. Вокруг них всегда компания, и зачастую компания погибает вместе с заводилой.

Человека можно спасти, если вовремя загнать прозрачного беса в руку или в ногу. Только отравленную конечность придется немедленно отрубить, сразу после обряда изгнания. Прозрачные уршады — самые злые. Бывали случаи, когда распавшийся прозрачный отравлял последышами целые деревни и даже города. Один такой город мне показала Мать Красная волчица, когда водила на юг. В этом городе живут только ветра, и крылатые ящеры откладывают яйца на плоских дырявых крышах.

Мать Красная волчица показала мне место, где южный океан надвое разрезан тонкой перемычкой. Перемычка соединяет наши земли с южным материком и с каждым сезоном становится все тоньше. Мне было тяжело представить, что такое океан, и я помню невероятное свое потрясение, когда столкнулась с ним впервые. А перемычка между материками действительно была шире на сто гязов еще век назад, об этом напоминает каменная баба, торчащая теперь из илистой воды. Когда-то воины Искандера укрепили ее на суше. На южном материке круглый год звенит от зноя бескрайняя саванна.

Ранней осенью черноногие жители саванны приходят по перемычке и тащат по воде вдоль берега своих груженых ящеров. Ящеры смешно перебирают плавниками, их мокрые спины блестят, как тысячи разбитых зеркал, их глаза предусмотрительно вырезаны в детстве, а ядовитые зубы вырваны, чтобы скотина никогда не захотела сбежать. Ящеры плывут, и за каждым из них тянется дюжина барж. На каждой барже привязанные на очень длинных цепях скалятся мелкие крылатые рептилии. Они охраняют товары южного материка лучше любого сторожа, потому что не чувствуют боли и не понимают, что такое страх. Однажды мне довелось видеть, как крылатому ящеру отрубили нижнюю половину туловища, но он продолжал драться, пока не истек кровью.

У нас, на тверди Великой степи, водится много полезных тварей.

Черноногие из саванн приходят раз в год, потому что дожидаются, когда страшные гоа-гоа-чи отложат своих личинок под шкуры быкам. Пастухи забивают животных и вырезают мясо вместе с личинками. Черноногие жители саванн привозят еще много чего к базарам в дельте Леопардовой реки, например, целебную амбру и драгоценные сандаловые притирания, но личинки крылатых демонов ценятся превыше всего. Если гоа-гоа-чи суметь правильно воспитать, если он не сожрет тебя в детстве, то более верного друга у тебя не будет.