Читаем Мир эфира полностью

– Она недостаточно вытянута для этого, – объяснил Джотиш, – я, как астроном, могу это вам сказать абсолютно точно. Хотя это, в принципе, существенный фактор. В афелии до Небесного Огня вдвое дальше, чем в перигелии16. Освещённость зависит от квадрата расстояния, тут различие получается вчетверо17. Но различие длительности дня летом и зимой за счёт наклона оси вращения по отношению к плоскости орбиты примерно вдвое. Плюс нужно учесть, что за счёт того же наклона оси примерно втрое различается синус угла, под которым Небесный Огонь светит на поверхность. По крайней мере, на широте нашей Горы. Итого за счёт наклона оси средняя освещенность летом вшестеро выше, чем зимой. Кстати, если речь о нашем северном полушарии, Сферета как раз ближе к Небесному Огню, когда у нас зима18. Так что эти факторы вычитаются, и летом у нас примерно в полтора раза теплее, чем зимой. Понимаете? Вшестеро теплее из-за наклона оси и вчетверо холоднее из-за эксцентриситета орбиты. В южном полушарии, наоборот, эти факторы складываются, там различие в освещённости поверхности летом и зимой достигает 24 раз. Так что для тамошних жителей ваша оригинальная гипотеза была бы более правдоподобной. Объясняя если не величину различий, то их знак. Если бы не наклон оси, различия между летом и зимой были бы в обоих полушариях (из-за эксцентриситета) в четыре раза, а если бы орбита была круглой, то в шесть раз, тоже в обоих полушариях одинаково. Хм, забавно, оба фактора по отдельности не приводят к нарушению симметрии, а вместе приводят. Что касается южного полушария, жители которого были бы склонны вам поверить, то там, кажется, сейчас никто не живёт. Хотя жили во времена древних. Сохранились карты с обозначениями городов, преимущественно на побережье, где большая масса воды смягчает сезонные колебания температуры… Но мы сейчас не об этом. И вообще, я не занимался этим вопросом. Длина дня и ночи была только примером, а сезоны ни при чём. Итак, вблизи максимума и минимума длина дня долго остаётся, соответственно, большой или малой. В течение месяца до и после макимума и минимума можно считать, приблизительно, конечно, что она вообще не меняется. Замечу в скобках, в окрестности точек равноденствия, когда день равен ночи, всё наоборот: длина дня и ночи меняется максимально быстро. За месяц она меняется, примерно, на целый час. По крайней мере, это так для нашей Горы. Потому что, вообще говоря, длина дня и ночи в данном месте сильно зависит от близости этого места к экватору или полюсу…

– Извините, учитель, – вдруг возразил Антəм, называя лишённого всякого статуса дважды отверженного так, как привык называть своих преподавателей, – но я не согласен, что сезоны ни при чём. Если длина дня и ночи меняется так, как вы описываете, летом и зимой медленно, весной и осенью быстро, то не в этом ли причина того, что лето и зима длиннее, чем весна и осень? Раз уж именно длина дня и ночи определяет сезоны. Ну или вместе с высотой Небесного Огня на небе. Почему-то считается, что из бесовской трюжины месяцев каждому сезону принадлежит их по три. Но разве вы не замечали, что на самом деле стоило бы зиме и лету добавить по полмесяца в конце и в начале, чтобы на лето и зиму приходилось по четыре месяца, а на весну и осень по два! Хотя это, конечно, тоже только для нашей Горы… Я знаю, на севере лето короче, а зима длиннее, а что там с весной и осенью, не знаю, но, конечно, там отводить поровну месяцев зиме и лету было бы неправильно. А на юге, наоборот, лето длиннее, чем зима. Ну, если их считать как у нас. В общем, я не претендую, наверное, там сложнее. Но хотя бы для нас ведь можно было бы? И, главное, теперь понятно, почему!..

– Это вы сами пронаблюдали, молодой человек? Что ж, поздравляю с интересной гипотезой. Вполне возможно, что она верна. Сезонная температура есть функция положения полушарий по отношению к Небесному Огню… И эта функция ведёт себя именно так… Да, наверное, вы правы. Можно, определяя температуру обычным уличным термометром, измерить длительность годовых сезонов, определив, скажем… хм, тут получается некоторый произвол… скажем, считая, что для каждого сезона нужно отвести по равному интервалу температур. Допустим, летом максимальная температура плюс две трюжины градусов, зимой минимальная минус трюжина, весь интервал три трюжины градусов. Считаем условно, что лето – это то, когда от одной до двух трюжин градусов, весна и осень – когда от нуля до трюжины, зима – от нуля до минус трюжины. Нет, погодите! Тут заранее получается некоторая подтасовка в вашу пользу! Ведь летом и зимой температура сперва идёт от заданной границы к максимуму или минимуму, потом – в обратном направлении. Даже при такой же скорости изменения температуры, как весной и осенью, получается удвоенное время. Вот вам ваши четыре месяца и два месяца.

– Вот я дурак, – прошептал Антəм. Но Джотиш ещё не закончил обсуждение.