Читаем Мильтон в Америке полностью

Джоуна Сейбрук завопил, что нас теперь изжарят и съедят, но я велел ему замолчать. «Они, вероятно, язычники, но они не дикари. Всем соблюдать тишину и не отрываться от занятий. Я ненадолго отлучусь». Я степенно покинул классную комнату и, окликнув Гусперо, шагнул на высохшую земляную дорогу в сторону индейцев. Я стоял перед школой, не произнося ни слова. Не двигаясь, я распростер руки навстречу пришедшим. Конечно, они увидели меня сразу же; мою черную мантию украшала белая лента, носить которую в обществе братьев было моей обязанностью. Я услышал, как один из компании сделал шаг вперед, замер, потом шагнул снова. И вполголоса повторил: «Доброе утро, доброе утро». - «Доброе утро и вам, сэр. - Я приложил пальцы к глазам. - Я вас не вижу, но слухом различаю в вашем голосе властность и почтительность. Добро пожаловать. - Тут мне вспомнилось слово, которому меня научил этот самый Лашер. - Нпокуннум». Что означает: «Я слеп».

Туземец подошел ко мне ближе, и я носом ощутил запах животного жира, покрывавшего его кожу. Подавшись вперед, он накинул мне на шею нитку или шнур: потрогав его, я сообразил, что это ожерелье из речных раковин. Я поклонился, хорошо понимая, что мне дарована награда или некий знак почитания. Затем туземец заговорил на своем родном языке. «Вуннетунта, - сказал он. - Кекуттокаунта».

Гусперо, стоявший рядом, перевел мне слова язычника: «Мое сердце праведно. Давайте вести переговоры».

Позже я поинтересовался у юнца, каким образом он понял их язык. «О, - пояснил он, - я просто следил за жестами этого мошенника. Сначала он приложил руку к груди, а потом коснулся языка». - «Тонкое наблюдение. Опиши мне, Гус, как они одеты. Носят ли они просторные покровы, подобно жителям Шотландии?» - «Нет, они не столь примитивны, сэр. Старший был закутан в звериные шкуры, а другие завернулись в накидки, изготовленные из птичьих перьев». - «Удивительно, если предположить, что перья ощипаны с голубей, пролетевших в небе у меня над головой». - «Мужчины помоложе были одеты в накидки из красной и голубой ткани, завязанные у подбородка, как у старух, которые торгуют местами в Леденхолле. Но вот что я вам скажу, сэр. Я сроду не видел, чтобы эти старухи разрисовывали себе лица ярко-красными полосами или выкалывали на лбу татуировку с изображениями рыб, носили серьги в форме птиц или браслеты из раковин». - «Да, в Леденхолле другая мода. Ты повидал достаточно - хватит на целый том. Но мы не можем полагаться на зрение, Гусперо, если владеем речью. Мы должны обратиться к мистеру Лашеру с просьбой помочь нам в этих щекотливых переговорах».

Так получилось, дорогой Реджиналд, что Элеэйзер Лашер в условленные дни навещал Нью- Мильтон - служить переводчиком при моих беседах с индейцами. Тотчас же выяснилось, что они хотят вести с нами меновую торговлю: при первом посещении они принесли с собой шкуры бобров и чернобурых лисиц, лошадиные зубы, тюлений жир и маисовые лепешки, называемые ими нокаке. Взамен добрые братья дали им латунные чайники и медные котелки. Позднее нам преподнесли в виде подарка обувь, прошитую оленьими жилами, а щедрые англичане снабдили их блюдами и ложками; индейцы поставляли нам также кленовый сироп, за что мы вознаграждали их изготовлением деревянных дверей, заменивших им прежние подвесные циновки. Гусперо передал мне, что туземцы распределили между собой все эти предметы и материалы равными долями, и это побудило меня сослаться на государство Платона. «Я о нем ничего не ведаю, сэр, - отвечал он, - но порой эти дикари выглядят справедливее англичан». Я не ответил, и без того отягощенный нелегкими вопросами.

Их вождь (или сейчем) звался Катшауша, но я не замедлил наделить его новым именем Адам Ньюком в честь его первого прихода в поселение. Через мистера Лашера выяснилось, что Кат- шауша подбирался к Нью-Мильтону несколькими месяцами ранее и что первый услышанный им английский голос принадлежал мне. Я беседовал в саду, а он притаился за изгородью - не из боязни, по его уверениям, но любопытства ради. Он не был обнажен, добавил Лашер, и прикрывал тайные части тела небольшим кожаным фартуком. «Имя тебе, Адам, удачно выбрано, - откликнулся я благодаря посредничеству мистера Лашера. - Ты одет как наши прародители. Всевышний заслонил тебя звериными шкурами, дабы скрыть от взоров присущую каждому из нас мерзость». - «Но сэр, - возразил мне Лашер, - они живут совершенно счастливо». - «Все мы изгнаны из рая, мистер Лашер».

В этот момент Адам Ньюком решился произнести вслух английскую фразу, которую, как я установил позже, он старательно выучил наизусть: «Вы мой друг, Джон Мильтон, я желаю вашей милости и вашей власти, потому что я надеюсь, вы можете сделать великие дела. Мы бедны». - «Чего он хочет, мистер Лашер?» - Он хочет работы для своего народа».