Не закончил.

Развернувшаяся прямо в его объятиях, Васаре уверенно сцапала брата за голову и поцеловала. Прямо в губы, крепко. И совершенно не по-сестрински.

Странник 9: финал долгого дня

«Что она творит? Что… что творю я?!»

Ну… сестра — нет, Васька… Васаре — продолжала его целовать. Причём пытаясь пустить в ход язык. Пока ещё робко, но с каждой секундой всё уверенней. А он, продолжая обнимать её за талию левой рукой, кончиками пальцев правой пробежался снизу вверх по изгибам её спины — и запустил руку в густую, ароматную массу волос на затылке.

От этого простого действия сестра коротко застонала…

И напряглась, отстраняясь.

Мийол позволил это. Но… с краткой задержкой. Он вовсе не хотел её отпускать. В смысле, они и раньше обнимались, много раз, но теперь… да. Теперь это ощущалось иначе.

Совсем.

Так что он был вовсе не прочь продолжать. Поцелуй по-взрослому… это оказался сильный опыт. Не такой, как ожидалось, но… хотя он сам толком не определился с ожиданиями. И ещё с ощущениями. Вроде бы это должно быть приятнее… или нет? Или всё как раз нормально? Книги ведь далеко не всегда отражают реальность в точности, да и люди различны, и…

Васаре расслабилась, снова придвигаясь. Но при этом ещё и чуть съёжилась, пряча лицо у брата на груди. И обвивая его грудь обеими руками.

— …

— Что-что?

— …извини… я… — вздох, — я всё ещё не готова. А ещё я сейчас… ну… сам знаешь.

Мийол вздохнул тоже. Не прекращая при этом почёсывать васькин затылок — и с тайным удовольствием отмечая, что эта нехитрая ласка вызывает у неё лёгкую дрожь с задержками дыхания. «Надо будет запомнить. Впрочем — разве это можно забыть?»

— Ничего страшного, — сказал он. — Я подожду.

— Братик… можешь честно ответить на… вопрос?

— Всегда.

Васаре снова отодвинулась — так, чтобы видеть его лицо и глаза. Сглотнула.

— Я… ну, ты знаешь… после Килиша…

Слушать этот дрожащий лепет оказалось невыносимо. Мийола прямо-таки затрясло — и от боли, и от гнева, и от чего-то ещё, в чём он не разобрался и разбираться не хотел. Но он определённо не хотел, чтобы сестра продолжала выдавливать тайную отраву неуверенности.

Так что он взял и сам её поцеловал. По-взрослому, решительно и нежно. Но недолго.

— Забудь этого мелкого уродца, — велел он, уперевшись лбом в лоб сестры. И слегка стукнув его, словно ставя точку. — И его, и всё, что с ним связано. Его не существует. Это был дурной сон.

— Но…

— Забудь. Помнишь, как мы хоронили старика? Он умер телом — но в нашей памяти жив и жить будет. А… уродец… с ним ровно наоборот. Выкинь его из памяти. Одним пинком: раз, и всё.

Васаре затрясло. Мийол испугался было, но тут же понял, что это смех, а не рыдания. И тихо присоединился к сестре, снова прильнувшей поближе.

Смех сближал их. И освобождал.

— Спасибо, Йо. Ты лучший.

— Да и ты ничего так.

— Эй!

— Шучу. Ты… на самом деле ты красивая. Очень.

— Шутишь.

— Нисколько!

«И это чистейшая правда. Сестрёнка дивно похорошела в последнее время. То ли просто возраст подошёл, то ли обретение Атрибута сказалось… то ли разлука с родным Жабьим Долом, чтоб ему в болотах потонуть без всплеска. Или правильная диета от старика Хитолору…

Но скорее всё сразу.

Писаной красоткой Ваське не бывать. Но милоты в ней — на пятерых писаных!»

— Точно не шутишь?

— Когда ты будешь готова, я буду просто счастлив. И уж постараюсь, чтобы тебе тоже было так хорошо, как только можно.

— Обещаешь?

Мийол улыбнулся. И вместо ответа снова поцеловал её. На этот раз долго, вдумчиво, пока из её груди не вырвался ещё один стон.

«Как славно, что по крови мы если и родня, то очень дальняя… славно… и сама Васька…»

— Хватит уже! Я поняла. Пусти, медведище.

— Точно хватит?

— Точно. Говорю же, не… гм. Не готова я.

— Ну, смотри, — чуть разочарованный, он отпустил её.

Да и сестра не выглядела довольной. Скорее, смущённой.

— Летим к Эрзигату? — спросила она, пряча взгляд и украдкой облизываясь.

— Ага.

Визит (вернее, прилёт) к алхимику, однако, не задался. Говорить на профессиональные темы с гостями он не рвался — полагая, похоже, что малолетки всё равно в высоком алхимическом искусстве мало что понимают. Отвлечённые темы его раздражали. Что до заявленного предмета общения, то есть прямой закупки либо обмена диколесских ресурсов… похоже, Эрзигат считал малолеток ещё и не знающими честных цен. Потому что Мийол предлагаемое им в оплату назвать иначе, чем смехотворным, не мог. Почти с тем же успехом он и Васаре могли бы вместо торговли просто подарить часть своих запасов — не много потеряли бы.

Жадность? Упрямство? Действительно безвыходное положение, при котором алхимик и рад бы заплатить больше, да не может? Спустя час Мийола это уже почти не волновало.