Читаем Мийол-странник полностью

— Всякой отваге положен предел, друг мой. Мы же Охотники! Кому, как не нам, понимать, что если в диколесье на команду внезапно — подчёркиваю: внезапно! — напал зверодемон, то самая яркая доблесть заключается в том, чтобы немедля разбежаться в разные стороны. Тем самым достигается выживание хотя бы части команды. А выживание само по себе хоть и не является добродетелью, но без него любая добродетель не имеет смысла…

Мийол продолжал по инерции нести ещё какую-то чушь. Основной поток его внимания оставался нацелен на троицу отравленных, а разум выискивал в них признаки капитуляции. Долго ждать не пришлось: первым окончательно сдался лысый. С помощью Рикса маг отволок его шагов на сорок в сторону (поскольку допрашивать пленников, как однажды обмолвился отец, следовало по отдельности, чтобы они не имели возможности сговориться). Там лысый избавился от кляпа… и почти тотчас же — минуты не прошло — получил его обратно.

«Вот же!.. теперь я знаю, каково запытать человека до сумасшествия. И знаю признаки такого исхода для магического восприятия. Кажется, именно это называется — заигрался… а самое противное, что прекращать нельзя, иначе всё зря… снова…»

— Давай-ка теперь попробуем поговорить с уважаемым дедулей. Он уже старенький и слабенький, да и отравлен раньше прочих. Вдруг да захлебнётся, не успев облегчить муки?

— Не должен. Он вроде крепкий.

— Это да. Второй ранг всё-таки. Но возраст, возраст! Давай, потащили.

Старый бандит с ума не сошёл. Вроде бы. Что хрипел через слово «жарко!» и умолял не палить так сильно — это же не из-за повреждения рассудка, а из-за действия яда. Ведь так? Жаль только, знал он не так уж много. И (в отличие от спятившего лысого) самого важного не знал. Так как попросту не присутствовал при ключевом разговоре.

А вот бородатый присутствовал. Только ломаться не спешил. То ли особо тёртый попался, то ли болевой порог у него оказался высок, то ли ненависть в нём кипела со столь неистовой яростью, что перебивала и страх смерти, и даже муки… а может, решила какая-то циничная часть Мийола, ему просто досталось маловато яда. Как бы то ни было — даже спустя час, жутко булькая и хрипя забитыми бронхами, едва сохраняя силы кашлять и задыхаясь, бородатый бандит продолжал лить в уши пленителей однообразную грязную брань вместо признаний.

— Не проще ли взять за жабры этого, как бишь… — Рикс покрутил в воздухе ладонью.

— Семипалого? Вожака?

— Его самого.

— Да он уж небось закопался в землю локтей на двадцать. Замучаемся выковыривать.

— Замучаемся или нет, а достать его надо в любом случае, — нахмурился Воин. — Не дело, когда всякая шваль принимает такие заказы, забыв своё место.

— Справедливости ради, — сказал Мийол, — вряд ли Семипалому дали обширный выбор. Уж если предположительный посланец от предположительно местного клана приходит к бандиту и приказывает «опробовать на зуб» явившихся в город чужаков, бандиту только и остаётся, что со всей возможной почтительностью поблагодарить за возможность оказать помощь господам и тут же побежать раздавать приказы подельникам. Причём заметь: вожак выделил для облавы сугубо тех, кого не жалко.

— Вот за это и поблагодаришь, когда мы его откопаем.

— Сомневаюсь. Если начнём откапывать, Семипалого просто тихо и быстро прибьют. Чтобы оборвать ведущую к ним ниточку. Я бы на их месте точно прибил.

— Тогда зачем нам вообще нужна вся эта возня?

Мийол вздохнул.

— Не нужна она. Я бы с радостью улетел дальше по нашему маршруту, если бы не взятые обязательства. И да: нам уже пора лететь к алхимику.

— А с этими что? Добить?

— Нет. Никто из них не сказал ничего, стоящего быстрой смерти. Так что летим.

Взойдя на борт, Мийол обнаружил кое-что важное. Вернее, не обнаружил кое-кого.

— Васька! Куда делась Шак? Нам пора лететь к Эрзигату, а она…

Сестра фыркнула, но сочла нужным ответить:

— Твоя ученица отправилась охотиться на бандитов. Ещё когда Рикс своим молотком того лысого калечил. Сказала ещё что-то про поиск истинных виновных.

— Блеск просто. И на кой мы тогда марались с этим допросом?

— Не знаю. Может, тебе, братец, просто нравится мучить людей?

Мийол одарил злоязыкую занозу в мягком месте взглядом, полным недоброй задумчивости.

— И в самом деле. Даже сейчас меня снедает жгучее желание помучить ещё кого-нибудь…

— Вот её и помучай, — посоветовал Рикс (которому бессмысленная возня с бандитами тоже ни радости, ни счастья не принесла). — У неё ещё Атрибут такой удобный — можно хоть каждый день пороть, и ни следа, ни вреда здоровью. Одна сплошная тренировка.

— Эй! Братец! Я бу-бу-бу! М-м-м!

— Только не сильно увлекайся, — напомнил Воин своему лидеру, волокущему скрученную и отбрыкивающуюся Ваську в каюту, — нам и в самом деле скоро к алхимику. А в конце дня у тебя ещё свиданка в доме увеселений с той клановой красоткой. Не потрать силы на сводную сестру… в смысле, не слишком много потрать.

— Рикс!

— Молчу-молчу! Считайте, меня вообще тут нет. Желаю весёлой порки!

«Фрассов юморист!

И ведь не выкинуть теперь из головы всякие… идеи. Фрасс! Фрасс!»