<p>Глава 4</p><p>Явление буддизма</p>

<p>Падмасамбхава – рожденный буддой</p>

Рассказывая о правлении Тисонга Децэна и начале проникновения буддизма в Тибет, мы остановились на моменте, когда разозлившиеся духи бон заставили изгнать ученого пандита Шантиракшиту. Уезжая, проповедник посоветовал цэнпо обратиться к своему коллеге Падмасамбхаве, ибо тот был великим мастером тантры, искусства приходить в состояние просветления, на границу жизни и смерти, и потому был большим экспертом по части духов и всего потустороннего. Также Падмасамбхава принадлежал к махасиддхам – пандитам, овладевшим сверхъестественными силами и способным в представлении обычных смертных творить чудеса. В общем, это был самый подходящий человек для того, чтобы вступить в противоборство с могущественными и разозленными божествами бон.

Об историческом Падмасамбхаве, который якобы жил и трудился в 717–762 годах, известно очень мало – только то, что он помог Тисонгу Децэну в строительстве первого в Тибете монастыря Самье-гомпа, но затем покинул страну из-за придворных интриг. Однако в буддизме существует огромный корпус преданий и легенд о его жизни и деятельности, в которых Гуру Ринпоче («Драгоценный Учитель» по-тибетски) предстает великим чудотворцем, титаном мысли и основоположником всего буддийского наследия в Тибете…

Танка Падмасамбхавы. XIX в. Лхаса, Центральный Тибет, Китай

В стране Ургьян (или Уддияна), местоположение которой остается неизвестным, правил великий раджа Индрабодхи. Он был слеп, но обладал всем, о чем может мечтать счастливейший из людей: огромным изумрудным дворцом, несметными богатствами, пятьюстами женами и множеством довольных подданных. Однако его единственный сын внезапно погиб, и на страну сразу обрушились всевозможные бедствия – болезни, голод и прочие несчастья. Всю свою казну раздал Индрабодхи, пытаясь спасти людей, но несчастья не прекращались. И тогда он понял, что нужен еще один сын.

Способ, к которому прибег раджа, был довольно необычен, хотя, если посмотреть на предания разных народов и даже поискать в истории, не так уж и нов – он приказал всем жрецам страны Уддияны молиться всем богам, чтобы они даровали ему наследника. Но в технологии был какой-то изъян – все молитвы и жертвоприношения оказались тщетны. И тогда разъяренный Индрабодхи объявил войну богам – уничтожил их изображения и запретил жертвоприношения. Обиженные божества отомстили, наслав на страну град, шторм и «еще более смертельную» эпидемию. И это могло длиться еще очень долго, но сострадательный и милосердный бодхисаттва Авалокитешвара ужаснулся и отправился в Сукхавати – cтрану Чистой земли, буддийский рай, которым правил дхьяни-будда Амитабха. В буддийских верованиях бодхисаттва – это тот, кто остановился в шаге от нирваны, чтобы помогать другим, а дхьяни-будда – тот, кто достиг нирваны и общается с миром людей только посредством бодхисаттв. Авалакита попросил своего духовного отца прекратить эту жестокую войну, в которой могут погибнуть все живые существа.

Амитабха настолько проникся страданиями страны Уддияны, что решил самолично переродиться в ней, приняв материальное обличье, – создать аватару. Для этого он испустил луч красного цвета – будда Амитабха традиционно изображается существом именно красной окраски – в озеро Дханакоша в Уддияне, и там появился остров, в центре которого распустился цветок лотоса. Амитабха бросил туда пятиконечную ваджру[6], после чего местные божества и духи устрашились и перестали вредить людям. Радже Индрабодхи было направлено пророчество, что он отыщет своего сына на озере Дханакоша.

По его приказу министр отправился к озеру и увидел чудесного ребенка – то ли годовалого, то ли восьмилетнего (разные источники дают разные сведения), сидящего в центре волшебного цветка лотоса. Услышав о таком чуде, Индрабодхи отправился в подземное царство, где у принцессы нагов добыл жемчужину, исполнявшую желания, и вернул зрение одному из своих глаз. Когда же раджа наконец увидел чудесное дитя собственными глазами, он прозрел и на второй глаз. Зарыдав от счастья, Индрабодхи забрал небесного ребенка в изумрудный дворец и окружил почетом и уважением, подобающим наследнику престола.