После всех этих драматических событий Падмасамбхава отправился в Индию, где пять лет медитировал в месте, названном Прохладное сандаловое кладбище. И снова на память приходят жрецы бон, любившие медитировать именно на кладбищах… Падмасамбхава питался только той пищей, которую родственники оставляли для умерших, и одевался в саваны. Когда же случался голод, махасиддх превращал мясо трупов в чистую пищу, а одевался в кожу мертвецов… Все это, естественно, не прошло даром: Падмасамбхава подчинил себе духов кладбища читипати – обычно их изображали в виде скелетов – и заставил служить ему.

Тем временем разочарованный всей этой историей Индрабодхи отпал от буддизма, а с ним и все царство Ургьян-Уддияна. Борьба с отступниками считалась священным долгом каждого истинно верующего, и Падмасамбхава принял облик гневного божества. То, что он совершал после этого, было испытанием не для слабонервных. Падмасамбхава лишил царя и его неверующих подданных их тел, которые служили им только для накопления дурной кармы. Более того, обладая мощной магией трансмутации, он пил их кровь и ел их плоть, тем самым освобождая сознание жертв и защищая их от нисхождения в ад.

Изображение Ваджрасаттвы, сидящего на лотосе. Из собрания буддийских статуй периода Камакура, «Иконография». XIV в.

Каждую встречную женщину он принуждал разделить с ним ложе, чтобы очистить ее сознание и даровать ей буддийское потомство. Все истинно верующие тибетцы убеждены, что уничтожение «отступников» Уддияны было великим деянием, которое принесло счастье множеству живых существ. Поедание трупов и питье крови – это распространенная ритуальная практика древних культов, таких как бон, она символизировала связь жреца с потусторонними силами.

Буддийская ступа Сват и комплекс кушанской эпохи. Главная ступа с ее священной зоной была основана примерно в третьем веке и просуществовала до X или XI в. Пакистан

А затем махасиддх продолжил медитации на кладбищах – всего их было восемь, священное число в буддизме. В мастерстве тантры, то есть приходить в состояние просветления, на границу жизни и смерти, его наставниками были дакини – прислужницы Кали, богини гнева, темной энергии и покровительницы мистических практик. Познав тайны тантры, Падмасамбхава, наконец, покинул кладбища и отправился в Бодх-Гайю – священное место для всех буддистов, где он посвятил себя обычной медитации в храме. К этому моменту он уже овладел множеством духовных и телесных практик, научился изменять свое тело и демонстрировал эти способности окружающим, превращаясь у них на глазах то в огромное стадо слонов, то в группу многочисленных йогинов.

<p>Падмасамбхава и Мандарава</p>

На новом месте люди стали засыпать Падмасамбхаву вопросами: кто он такой, кто его родители, к какой касте он принадлежит, кто его гуру? На это он отвечал, что у него нет ни матери, ни отца, ни касты и что у него нет учителя – он саморожденный будда, просветленный. Но для индийцев человек без наставника считался либо невежественным, либо опасным, ведь только у демонов нет гуру. Поэтому никто не воспринимал всерьез дерзкого чужеземца. Пришлось просветленному снова стать «первоклашкой» и отправиться на поиски наставника. Он пришел в Бенарес, где пандиты изучали астрономию и астрологию, и один из них взялся обучать Падмасамбхаву – мудрейший Калачакра. Поднаторев в небесной науке, просветленный отправился изучать медицину, филологию с каллиграфией – он освоил 64 стиля письма и 360 языков, в том числе наречия демонов и богов, – металлургию, ювелирное дело, скульптуру и живопись. А общем он изучил все доступные науки и ремесла. Медитативные техники он знал с детства, а теперь «подтянул» еще и теоретические основы буддизма. Теперь, устрашенные огромным перечнем его гуру, люди вокруг воспринимали Падмасамбхаву всерьез.

Для того чтобы перейти на последнюю ступень высшей мистической мудрости, имелось одно препятствие – это просто невозможно сделать в одиночестве. Потому что помимо мужской мудрости в мире существует еще и женская – не постигнув ее, не понять всего, для полной гармонии нужно слияние мужского начала яб и женского юм. Однако найти спутницу, подходящую саморожденному будде, стало той еще задачей – она должна быть юной, ослепительно красивой, знатного рода и прекрасно образованной, физически и умственно совершенной. Поиски такой женщины могут затянуться на годы…