— Ты понимаешь, что тебя на самом деле не существует? — сказала ему в след Луна.

Пауза.

— Да.

ЗРЯЧИЙ НЕ ОСЛЕП. СПЯЩИЙ НЕ ПРОСНУЛСЯ

Удивительный сплав из криков ночных ходоков. Авторский стиль уникален и не подаётся подражания даже самых подкованых мастеров слова. После прочтения этого бесспорного шедевра отечественной литературы внутри вас погаснет тусклый свет панельной лампочки и загорятся звезды. Настороженное молчание будет сопровождать вас с первой до последней страницы. Маленькими ритмичными шагами читатель будет идти в широко открытый рот и крик его застынет когда челюсти сомкнуться. Предупреждаем: чтение данного романа специфические удовольствие и не каждому придётся по душе. Но изменить оно способно любого даже самого черствого и безразличного к печатному слову человека. — Рецензия.

Она стояла у стеклянных дверей в ресторан и пристально смотрела на меня зелеными глазами. Фанатка? От ее взгляда мне стало не по себе. Одержимая фанатка?

Я сел с пластиковым подносом за свободный столик округлой формы. Повесил курдку на спинку неудобного стула. Вставил красную трубочку в стакан со сладкой газировкой. Нет, это не может быть фанатка, я ведь не раскрывал свою личность публике.

Я осторожно повернул голову к входным дверям. Девушка невысокого росту, с хорошей фигурой и двумя косичками все еще там, стоит и смотрит на меня. Что тебе надо?

Поставив стакан на поднос, я беру чизбургер и освобождаю его от бумаги в которую он завернут.

Надеюсь когда я доем ее не будет.

— В тебя втюрились, — сказал мой редактор. — Это нормально. Ты видный парень. Я давно тебе говорю дай интервью и у тебя от противоположного пола отбоя не будет!

— Нет, спасибо, — сказал я.

Редактор кивает плечами.

— Продажи твоей последней книги не такие высокие. Может быть новые впечатления, даже те которые ты считаешь неприемлемыми, смогут разжечь творческий огонь?

Я недовольно посмотрел на Пашу.

— Я не настаиваю, просто предлагаю, — сказал он заметив мой взгляд.

— Не надо предлагать… ты же знаешь как я это не люблю.

— А ты знаешь, как я не люблю когда кто-то из моих клиентов не приносит деньги.

Я хмыкнул.

— Давай не будем о деньгах.

— Пока… давай не будем. Но мы вернемся к этому вопросу, ты же это понимаешь?

Я вздохнул.

— … Понимаю, — сказал я.

— Это хорошо… Как она на тебя смотрела?

— Кто?

— Кто-кто! Та девушка… Та что пялилась на тебя, как она на тебя смотрела?

Я подумал немного пытаясь отчетливо вспомнить ее взгляд.

— … Она смотрела на меня, так будто хотела… использовать меня.

— Взгляд влюбленной по уши! — сказал Паша раскинув руки. — Поздравляю!

Натянуто улыбнувшись я кивнул.

Я обклеил стену плакатами которые мотивируют меня на творчество и на желания откланяться от привычных точек зрения.

Смотрю на плакат:

"Жизнь теряет всякий смысл, если я знаю, как она кончается. Мы не созданы для счастья, но есть вещи важнее, чем счастье"

Играет немецкий альтернативный рок.

Люди прочитав последний роман считаю, что я исписался.

Место где я мог закончить книгу правильно представлялось мне в лесной глуши. Среди деревьев, в дали от людской суеты, агрессивной рекламы и чужих голосов, которые гипнотизируют разум.

Пошарив по интернету я наткнулся на объявление об аренде деревянной хижины расположенной глубоко в тайге на расстоянии 300-та километров от ближайшего населенного пункта.

— К ней нельзя подъехать на машине, только на снегоходе, — говорит создатель объявления по телефону.

— То, что нужно — отвечаю я.

Хижина построена из кедрового дерева.

Я вошел внутрь, бросил сумку с едой и вещами на пол.

У правой стены диван на котором могут уместится, как минимум два человека. Перед диваном располагается деревянный столик, кажется тоже из кедра.

Напротив дивана камин и грязное зеркало. Камин хорошо вычищенный, но не горящий. Над камином каменная полка со статуэтками. Кажется языческие боги…

При внимательном рассмотрении я не как не мог понять к культуре какого народа они принадлежат. В статуэтках было от славянского, но в то же время просматривались африканские мотивы.

Я поставил статуэтку на место. Долго ломать голову над вопросом о культурной принадлежности фигурки не имело смысла, так как я не был хорошо подкован в данной области. Однако во время работы над своим романом "Метаген" я изучал кукол вуду.

Электричества в хижине не имелось. Все освещается за счет солнечного света, который проникает внутрь через окна, которых здесь шесть штук.

Четыре оконные рамы тянутся сплошной линией вдоль стены за диваном. Одно окошко висит слева от входной двери; последнее: напротив.

* * *

Первый день в хижине прошел спокойно.

В творческом смысле тоже… к сожалению. Я не смог выдавить из себя ничего занимательного. Каждая строчка казалась избитой, сочилась пошлостью. Я с трудом остановил себя от падения в омут отчаяния.

— Ничего страшного, — сказал я себе, закрывая тетрадь. — Ты здесь всего один день, чего ты ожидал?

"Терпения", мысленно говорил я себе. Будь терпелив. Проникнись одиночеством. Позволь изоляции от того чем ты жил долгое время помочь тебе отыскать иную дорогу… Рисуй карту.