Читаем Места полностью

НЕЗНАКОМКА Послушайте. Я насчет часов. Мне кажется, что мой пес.

(Пес кидается и кусает лошадь Незнакомки. Лошадь кричит, распрямляется. Незнакомка высоко подлетает, падает и выскакивает из платья.)

ШЕКСПИР М-да.

ПЕРЕДНЯЯ ЧАСТЬ М-да.

ЗАДНЯЯ ЧАСТЬ А где тут была девушка? Она что-то про мои часы слыхала.

ШЕКСПИР Нет никаких девушек. Есть я. Значит, будет все.

ПЕРЕДНЯЯ ЧАСТЬ А мы, кроме лошади, ничего не умеем.

ШЕКСПИР Это несложно. Это у всех в крови. Сейчас я вам ее пущу, и у вас все будет получаться.

(Кихот и Незнакомка лежат. Пес и Задняя часть лошади Незнакомки (теперь это Мужик) идут на авансцену. На заднем плане Шекспир с остальными репетирует какую-то пьесу, по всей видимости — это «Гамлет». С этого момента передняя часть лошади Кихота — 2-й парень, задняя часть — 1-й парень, Передняя часть лошади Незнакомки — Человек.)

ПЕС Здорово я тебя укусил?

МУЖИК Гы.

ПЕС Хи-хи-хи. А ты неплохой малый.

МУЖИК Гы-гы.

ПЕС Хи-хи-хи.

МУЖИК Гы-гы-гы.

ПЕС Хи-хи-хи-хи. Я ведь тебя небольно укусил? Небольно, небольно, небольно?

МУЖИК А?

ПЕС Хи-хи-хи. Небольно?

МУЖИК Гы-гы.

ПЕС На тебе за это. Часики. Карманные. Красивые? Красивые? Красивые?

МУЖИК Чего?

ПЕС Ну, за то, что укусил.

МУЖИК Гы.

ПЕС Хи-хи-хи. Это ничего, что я тебя укусил.

МУЖИК Гы-гы.

ПЕС Хи-хи-хи. Что?

МУЖИК А меня никто и не кусал.

ПЕС Хи-хи-хи.

МУЖИК Я был задом.

ПЕС Каким задом?

МУЖИК У лошади. Задом у лошади.

ПЕС Хи-хи-хи.

МУЖИК Гы-гы.

ПЕС хи-хи-хи-хи-хи.

МУЖИК Гы-гы-гы. А часики-то стоят.

ПЕС А у меня всегда стоят.

МУЖИК Гы. Неужто твои?

ПЕС Хи-хи-хи. А ты забавный.

МУЖИК Да и ты ничего, сообразительный… пес.

ПЕС Хи-хи-хи.

МУЖИК Гы.

ПЕС Ты мне нравишься. И эта… была сначала такой же, эта моя, эта моя, моя…

МУЖИК Дамочка?

ПЕС Хи-хи. Ну, да. А потом — хи-хи-хи…

МУЖИК Гы-гы.

ПЕС …потом ее что-то заело. Вишь, с лыцарем рандеву назначила.

МУЖИК Чего?

ПЕС Ну, встречу.

МУЖИК А… Гы-гы.

ПЕС Хи-хи-хи. Ты и вправду ничего, парень неплохой. С этим-то посложнее…

ШЕКСПИР (к лежащим Кихоту и незнакомке) Вставайте. Начинать надо. От старого-то отлежались?

(Кихот — он теперь Гамлет, и Незнакомка — он теперь Лаэрт, встают, отряхиваются и подходят к группе в глубине сцены.)

ПЕС …которые там разные…

МУЖИК А? Что?

ПЕС …разные, разные вопросы…

ШЕКСПИР Быть или не быть — вот в чем вопрос…

ГАМЛЕТ А при чем тут я?

ПЕС …задают. Не дай бог — быть или не быть…

ШЕКСПИР Да это ты и должен говорить.

МУЖИК А чего тут непонятного?

ГАМЛЕТ Я это должен?

ПЕС Ну, затем начнется — что благородней…

МУЖИК Чего?

ШЕКСПИР Затем ты говоришь: что благородней, сердцем покориться, иль ополчась на море тьмы… Кажется, там так.

ГАМЛЕТ Но почему все я?

ПЕС Потом будут ополчаться на море тьмы. Хи-хи.

МУЖИК Чего?

ПЕС Ополчаться, ополчаться, ополчаться.

МУЖИК Чего?

ШЕКСПИР Значит, тебе все понятно?

ПЕС Ополчаться.

МУЖИК Чего? Что это такое?

ГАМЛЕТ Куда уж яснее.

ПЕС Слово такое.

МУЖИК А-а-а. Гы-гы.

ПЕС Хи-хи-хи.

МУЖИК Эка же ты гнида, червь земляной.

ШЕКСПИР Кто сказал: червь земляной?

МУЖИК Я.

ШЕКСПИР Иди сюда. Будешь говорить это.

(С этого момента Мужик — Полоний.)

ПОЛОНИЙ Кому?

ШЕКСПИР Кто подвернется. Слово верное. Только без крика. Не руби воздух, как иные, руками наподобие мельницы. Толку мало. Скажи тихо, но чтоб каждого передернуло.

ПОЛОНИЙ Это можно.

ПЕС Может и мне найдется какое применение в цивилизованном обществе? А? А?

ШЕКСПИР (оглядывая его) Ну, что ж. Как насчет Клавдия? Роль бессловесная, но значительная.

ПЕС Подходит, подходит.

ШЕКСПИР (Гамлету) Значит, ты должен убить этого. (Указывает на Лаэрта.)

ГАМЛЕТ Зачем?

ШЕКСПИР (хватается за голову) У-уф! Битый час объясняю. Это вытекает из всего хода пиесы. Дело ведь происходит в замке, в этой, как ее…

КЛАВДИЙ В Германии, в Германии…

ШЕКСПИР …в Германии. Герой урожден благородным этим, как его…

КЛАВДИЙ …ученым…

ШЕКСПИР …ученым. Но тут убивают…

КЛАВДИЙ …веру в познание…

ШЕКСПИР Какое познание?

КЛАВДИЙ В нем.

ШЕКСПИР В нем? В ком в нем? Ведь там дух какой-то является.

КЛАВДИЙ Ну да, злой дух.

ШЕКСПИР Так вот, является дух и требует…

КЛАВДИЙ …подписки…

ШЕКСПИР …подписки…

ПОЛОНИЙ На газеты. Гы-гы.

КЛАВДИЙ Заткнись! Значит, дух…

ШЕКСПИР Какие газеты?

КЛАВДИЙ Он шутит. И потом, значит…

ШЕКСПИР Что это такое, газеты?

ПОЛОНИЙ Это…

КЛАВДИЙ Молчи! (Кладет руку ему на шею. Шекспиру.) Так, значит там была еще…

ШЕКСПИР И там была еще эта, как ее…

КЛАВДИЙ …девушка…

ШЕКСПИР Ну да. Она еще умерла невинной и…

КЛАВДИЙ …и родила от него дочь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги