Читаем Места полностью

1v| o3802 Девица, девица, как тебе имя?                У тебя дивны груди, гордишься ты ими                А ведь это не твое — Божье!                Я <бы>тоже гордился1v| o3803 В левые двери пусть войдут пионеры                В правые двери пусть войдут комсомольцы                Зал заслышав улыбаясь оборотится шеи выворачивая1v| o3804 Изабелла                Забылла                Безликий                Ликбез1v| o3805 Совесть                Есть сов-весть                И есть-есть-во!1v| o3806 Медведь                Ведь мудр                Дремать                Едри                Его мать1v| o3807 Сидели, курили, оттягивали расставание                А кончили тем, что все равно ушли                Но кто остается — уже становится природой1v| o3808 Боль была меня живей                Я и вздрагивать не мог                Я был маленьким при ней                Как при маменьке сынок1v| o3809 Я шел по Бауманской улице к поэту                И знал: немного времени пройдет                Когда травой все это дело порастет                А у индусов хуже: в конце каждой кальпы                Не остается даже травки на погосте                К какому же поэту в гости                Ходить им там, почесывая скальпы?1v| o3810 Телло                Отеллы                С отеллу                Вспотелло1v| o3811 За нами                Низами                Миазм                Низами1v| o3812 Кефали                Фалл                Как факел                Кейфовал1v| o3813 Что отличает женщину от нас —                Так спереди наплыв груди                Ответный сзади выход ягодиц                Подобно как строенье птиц                Имеет принципом своим полет1v| o3814 Я посетил своих милых стареющих тетушек                У которых еще на моей памяти были страстные любови                И у меня на их памяти было уже почти все, чему                                                                  возможно быть1v| o3815 Не говори поэту прочьему, что он прекрасен.                Из этого он с непреложностью заключит                Что ты — дерьмо1v| o3816 Это свойство женщин: когда они остаются одни                Проводить голыми целые летние дни                Потому что они любят себя1v| o3817 Вот видим девочку бегущую вприпрыжку                Она взрослеет на бегу сама собой                В подъезд вбегая уже светлою старушкой                Откуда мы-то смотрим, боже мой!1v| o3818 Нет ничего печальней в летний полдень                Чем вид милицанера средь природы                Следящего за прочими людьми1v| o3819 Два шага вперед — назад ни шагу!                Что не дается — самое дорогое человеку в жизни!                С кем вы, инженеры человеческих душ?1v| o382 °Cредь крутых бережков                Волга-речка течет                А по той да волне                Сын аббата плывет                Сын аббата плывет                По-латински поет                Средь крутых бережков                Волга-речка течет1v| o3821 Внутри ореха ядрышко сокрыто                Оно съедобно, будучи открыто                Так всяка власть в конце концов съедобна1v| o3822 Что есть жена обычного поэта?                Я б ей сказал:                Бежи, пока не поздно! Не бывает                Талантов двух в едином организме1v| o3823 Как личинки в гусеницу превращаются                Так пионеры в комсомол вливаются                Как гусеница в бабочку превращается                Так комсомольцы в партию вливаются                И как реки в моря превращаются                Так партия от их вливанья разливается1v| o3824 Вот рыба нежная лежит                Под краном в мойке и бежит                Не рыба, а вода бежит                Поверх рыбы нежна бежит                А ей, рыбе — уже не нужно1v| o3825 Вагон                Говна                Вне гавани                Гвинеи1v| o3826 Мертвецы живут не хуже нашего                Что же нам-то жизнь свою вынашивать                Как какую-то особенную1v| o3827 Далила                Длила                Лень                Да Ленин                Одолел1v| o3828 Сызмалу                Лазил                Зулус                По узлам1v| o3829 И девочка парящая над лугом                И въевшийся в породу углекоп                Так обличают на земле друг друга                Земли хоть не касаясь и ногой1v| o3830 Это курево поганое!                И питье такое ж самое!                Речь такая неприятная!                И природа неприглядная!                Как человек к ним только приспосабливается1v| o3831 Радость с открытым взором в пропасть идущих                Глазом прослеживающих                Траекторию мыслимого пути                Между двух уступов несоединяемых1v| o3832 Захотелось ехать, быть в пути                Сел в поезд, смотрю: что там впереди?                Слышу: в коммуне остановка1v| o3833 Вот вспоминаю: был товарищ Сталин                Людей он не любил, законы нарушал он                Таки за это он не жив, а мертв1v| o3834 В России столько раз                Ну просто безобраз                ная была исторья                Но мы горды исторья                ми, которьи мыслимы1v| o3835 Смерть придет и скажет: Здравствуй                А что тебе ответить?                Не «здравствуй» же1v| o3836 Моя любимая мигрень                Ко мне под вечер приходила                О том, о сем болтали речи                Потом за череп обняла                И до утра не отпускала1v| o3837 Вдруг Ох от них выбегает                Прямо в Зай ЧеКа стреляет
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги