Читаем Места полностью

1v| o3774 Что-то памятное носится                В ноябре, в начале месяца                Да, так на какой же бок                Нас уложат? и — мой Бог!                Боже! Боже! не уснуть ведь                Коль на левый ложут бок1v| o3775 От слез моих переполнятся реки                От крови моей переполнится море                От слез моих переполнится море                От крови моей переполнятся реки                От грусти моей переполнятся реки                От смерти моей переполнится море                От грусти моей переполнится море                От смерти моей переполнятся реки                От грусти моей пересохнут растенья                От смерти моей пересохнут долины                От грусти моей пересохнут долины                От смерти моей пересохнут растенья                От песни моей переплавится небо                От жизни моей переплавится солнце                От песни моей переплавится солнце                От жизни моей переплавится небо                От слез моих переплавится небо                От крови моей переплавится солнце                От слез моих переплавится солнце                От крови моей переплавится небо                От песни моей переполнятся реки                От жизни моей переполнится море                От песни моей переполнится море                От жизни моей переполнятся реки1v| o3776 Отпустить тебя никто не в праве                Тебя никто не в праве отпустить                Мир как в металлической оправе                И никто не в праве отпустить                И судить тебя никто не в праве                Тебя никто не в праве осудить                Мир как в металлической оправе                И никто не в праве осудить                И простить тебя никто не в праве                Тебя никто не в праве и простить                Мир как в металлической оправе                И никто не в праве нас простить                В силе только он один и в праве                В силе, в праве только он один                Мир не в металлической оправе                Но это знает только он один1v| o3777 Отсюда до ближнего города Тула                Семьсот километров всего                Отсюда до дальнего города Йорка                Семь тыщ километров всего                Отсюда до среднего города Дели                Две тыщи километров всего                Отсюда до дальнего дальнего края                Так много километров всего                И я выхожу на балкон величавый                Так много, так много всего                Со мной облака проплывают курчавы                Над ними уж нет ничего                Все это под ними, все это под нами                Так много, так много всего                Все это, что помнит меня и помянет                В том мире, где нет ничего1v| o3778 Ох, возьмите от сердца эту ужасную штуку                Ее называют змеюга, ее называют любовь                Ох, возьмите от сердца эту змеиную штуку                Она вцепилась в мою бедную ножную кровь                Ох, возьмите от сердца эту кровавую штуку                Чем ни корми ее — печенью, желчью — все требует вновь                Ох, возьмите от сердца эту голодную штуку                Все лицо мое плачет и бегает бровь                Ох, возьмите от сердца эту слезную штуку                Эй, ты, молчи и не прекословь!                Это я послал тебе на сердце ужасную штуку                И назвал ее змеюга, назвал ее любовь                Это я послал тебе на сердце змеиную штуку                Чтобы вцепилась в твою бедную нежную кровь                Это я послал тебе на сердце кровавую штуку                Чтобы чем ни корми ее — печенью, желчью —                                                                  все требовал бы вновь                Это я послал тебе на сердце голодную штуку                Чтобы все лицо твое плакало и бегала бровь                Это я послал тебе на сердце слезную штуку                Прими ее молча и не прекословь                Принимаю, принимаю на сердце твою ужасную штуку                Хоть и называют ее змеюга, называют ее любовь                Принимаю, принимаю на сердце твою змеиную штуку                Хоть и вцепилась она в мою бедную нежную кровь                Принимаю, принимаю на сердце твою кровавую штуку                Хоть чем ни корми ее — печенью, желчью —                                                                  все требует вновь                Принимаю, принимаю на сердце твою голодную штуку                Хоть все лицо мое плачет и бегает бровь                Принимаю, принимаю на сердце твою слезную штуку                Принимаю, молчу и не прекословлю.
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги