Читаем Message: Чусовая полностью

Конечно, нельзя огульно рисовать всех Демидовых со звериными ликами. Бывало, что и Демидовы совершали благородные поступки. Случались среди них и люди образованные, достойные. Например, Григорий Никитич Демидов, который переписывался с Карлом Линнеем и основал в селе Красном под Соликамском удивительнейший ботанический сад (сейчас его пытаются восстановить). Прокофий Демидов вложил более миллиона рублей в постройку воспитательного дома в Москве и учредил коммерческое училище, в Петербурге построил госпиталь для бедных рожениц, а на войну с Турцией выделил 4 миллиона рублей. Демидовы строили на своих заводах церкви — пусть и скромные, пусть и неохотно. Демидовы учредили премию своего имени при Академии наук (1832–1865), финансировали экспедицию в южные провинции России. Но всё-таки своим скупым и бессистемным меценатством они скорее откупались от России, чем помогали ей. Мамин-Сибиряк говорил открыто: «Деньги летели из демидовского кармана, но отнюдь не на заводы, а в центральные города и за границу. Пятидесятитысячное же население, доставляющее Демидову миллионные доходы, ничем не пользовалось от него».

Почему же так получается? Рок, что ли, какой навис над Демидовыми? Благодать, что ли, какая осенила Строгановых? Пожалуй, что нет. Автору видятся две главные причины такого вопиющего несходства семей.

Первая — то, что Строгановы были на 200 лет «старше». Следовательно, у них было на 200 лет больше культуры. Хотя, конечно, всё равно начинали Строгановы более «человеколюбиво»: монастыри основывали, художественные промыслы, да и Ермака снарядили в поход. Но всё-таки ведь не зря, наверное, взбунтовавшийся посадский люд убил в Сольвычегодске Семёна Аникеевича Строганова. Что было — то было. Но чего не было — того не было, и нам уже никогда не узнать, стали бы Демидовы в XXI веке такими, какими Строгановы были в веке XIX.

А вторая причина — специфика русской провинциальной жизни. Нынче СМИ все уши прожужжали про то, что нет в России гражданского общества. Откуда же ему взяться, если его никогда и не было? А гражданское общество формирует стереотипы поведения. (Нравственные и моральные ценности формирует культура, не надо путать.) Но свято место пусто не бывает. Что же формирует стереотипы поведения народа, когда нет гражданского общества? Формирует их облик земли, на которой этот народ и живёт. Говоря «узко», «по-немецки» — ландшафт.