Читаем Message: Чусовая полностью

Для иллюстрации хочется привести длинные, но очень выразительные цитаты из обычного письма Никиты Никитича Демидова своему шайтанскому приказчику Якиму Алфёрову, который по делам куда-то отлучился с завода, а хозяина не предупредил (1790 год). Хозяин гневается: «Какую же ты, раскольническая свинья Яким, имел нужду и власть самовольно так с заводу, не сказав никому отлучаца?.. Или ты, сукин сын, сверчок поганой Яким, захотел точно длиннаго лыка и каторги в ссылке?….Я давным давно да и всегда подтверждал… дабы вы, правители… за своими какими-либо паршами, отнюдь не отлучалися…» Далее угрозы: «…как бестиев, виноватых размучу за дурности и ослушности в запрещённом, и оберу и жилище ваше разорю, ибо моей мочи уже нет подтверждать к таким смелоотчаянным ворам Скоро уже дождётесь от меня присылки отсюда праведного журавля с длинным носом». «Журавль» — это виселица. Но наказания плетьми одного Якима хозяину мало. Для крепости вразумления достаётся Авраму Алфёрову, отцу Якима, и дяде: «Цыц каналья, раскольник! — корень ваш искореню… и ребра, Яким, во всём роде вашем не оставлю… Да и старичёнку Авраму с братом, не взирая на старость, за потачку и дурности детям и внучатам, с оковами крепких плетей урвать». Заодно уж Демидов считает необходимым проучить и жену приказчика: «…когда такая точно дурная и вредная наставница… то её, каналью, разсечь же плетьми. Цыц, цыц и перецыц… а то всех вас, как раков, раздавлю…» Далее: «А плутовке зассыхе, такой доброй Якимовой жене и протчим бабам, к наказанию плетьми крепко-прекрепко в проводку прибавить, и при том подтвердить Якимовой жене наикрепчайши, ежели она мешаться станет хоть в чём малом, то отдам её, яко ослушницу, с наказанием в ссылку и ничем ни мало не подорожу такою раскольническою свиньёю — зассыхою, да и никем; да и Яким чтоб того ж скоро не урвал за плутовство и за нерадение». Можно подумать, что этот Яким и весь род его — воры и бунтовщики «хуже Пугачёва», так ведь нет: Яким Алфёров ещё долго работал у Демидова в прежней должности, во всём устраивая хозяина. Это просто стиль отношений у Демидова к холопам был такой своеобразный, а вовсе не холопы — «свиньи».