Имею честь сердечно благодарить Вас за Ваше такое щедрое участие в создании художественного образа свободы, которое будет иллюстрировать Декларацию прав человека: иллюстрацию, которая была нужна человечеству. Мы знаем, что еще две трети детей развивающихся стран неграмотны и не умеют читать.

Мне было бы очень приятно принять Вас в Париже на первой выставке произведений этого цикла в Национальном музее Жоржа Помпиду, которая откроет целый ряд подобных выставок в больших музеях всех пяти континентов.

Для меня это, кроме того, будет поводом ознакомить Вас с гуманитарными акциями и их дальнейшим развитием. Ваше участие в них не только желательно, но и необходимо.

Примите уверения нашего к Вам уважения и благодарности.

В. ЯНКИЛЕВСКИЙ – Г. и Э. ШТЕЙНБЕРГ

Нью-Йорк–Париж, 1990

1

Дорогие Галя и Эдик.

Посылаю вам экземпляр моей статьи, которую я здесь опубликую или в «Континенте», или еще где-нибудь. Очень бы хотелось ее (и я думаю, очень важно) опубликовать в Москве. Может быть, вы сможете это устроить. Все зашло слишком далеко.

Наш «друг» просто спятил, в него вселился сатана. Даже его «сподвижники» зовут его «начальник». Он написал свою статью в «Беседу» после нашей с тобой выставки в 1978 году (откуда появилась вертикаль). Фаворский свет – «оно», ты наверху – я в подвале. Видимо, он заболел после этого и закомплексовал.

Теперь это стало социальным явлением.

Здесь жить довольно тяжело, много агрессии и интриг, об искусстве говорят только в смысле цены. Я все больше и больше тоскую о нашем золотом времени, когда мы не знали, сколько стоят наши картины. Это уже в прошлом, но это время всегда будет в нас, и от имени этого времени надо остановить эту осатанелую свору. Тут мне рассказали историю, как большая компания «бесов» во главе с Приговым в Москве ночью пыталась изнасиловать в троллейбусе девочку, их было человек 10–15. И только вмешательство водителя и моего друга-рассказчика ее спасло. Вот так. Все как в классической литературе.

Целуем вас и скучаем. Напишите нам по адресу: 176 Broadway 9b.

Мы, наверное, будем здесь до сентября (выставка намечена на сентябрь), а там видно будет.

2

Дорогие Галя и Эдик.

Посылаем вам пригласительный билет на выставку, которую подготовила Инесса Ламм в галерее Бермана. Кажется, она собрала всех, у кого прямоугольные холсты (идея выставки, конечно, очень искусственная, но не от слова «искусство»). Кроме твоих вещей и еще нескольких, остальные не имеют к идее «квадрата» никакого отношения, кроме формы холста.

Вещи на выставку дали разные американские галереи, которые уже изменили позицию по отношению к Берману-Нахамкину. Твоя вещь от той галереи, куда мы передали твой билет из Парижа.

Мы пока снимаем квартиру в очень хорошем месте, недалеко от Сохо. Пока еще не обговорили условия. Сколько мы здесь будем, пока не знаем.

Поздравляем с успехом на «Decouvertes», все постепенно становится на свои места.

Может быть, в мае появимся в Германии ненадолго и, если вы будете там, увидимся.

Целуем вас и

3

Дорогие Галя и Эдик.

Поздравляем вас с выставкой и уверены, что открытие прошло замечательно.

Мы здесь застряли до начала мая, т.к. должны получить «грин карт». Нам назначили на 5 мая. Ее дают на всю жизнь, так что это очень важно.

Что касается Хаттон, то она до сих пор не разберется с хозяином дома, который ее то ли выгоняет, то ли оставляет. Поэтому мы до сих пор не знаем, когда будет выставка, то ли через месяц в этом (старом) помещении, то ли в новом, но уже в начале нового сезона.

Я пока начал серию холстов, думаю, закончу к маю штук десять. Дышится здесь хорошо, и жизнь (галерейная) начинает бурлить.

Дима подготовил выставку и откроет 30 марта (правда, галерея говенная), но Дима, впервые за много лет, работал систематически, почти без срывов и, конечно, счастлив и никуда отсюда не хочет уезжать. Москвы боится, как смерти.

В остальном в русской компании изменений нет, все так же не могут выскочить из своего сложившегося (не лучшим образом) положения, но бодро друг за другом дают интервью в «Новом русском слове», которые одновременно вызывают смех и грусть. Поскольку их никто (среди американцев) не замечает, они друг перед другом (и перед русской публикой) бьют себя в грудь, навешивают сами на себя награды и так самоутверждаются. Печальное зрелище.

Последние два интервью – Неизвестного и Сокова. Мифология не после жизни, а впереди нее.

Мы вернемся 10 мая. Застанем ли вас в Париже или вы уже уедете в Чикаго?

Напишите нам, как вы живете, как идет выставка, какие новости на полустанке «Paris».

Обнимаем вас с любовью.

Париж–Москва, 1995

4