Эдик, посылаю тебе статью в «Р.М.» о нашем «друге». Все, кто были на «представлении», кроме его прихлебателей, говорят то же, что и в газете. Эмоциональная пустота, идеологическая заданность. Во французских газетах, конечно, появились купленные статьи, но чисто описательные. Никто не смог выдавить из себя никакого восторга. Думаю, что это начало конца.

Римма едет за паспортами в Москву, она вам позвонит. Обнимаю тебя и Галю.

Париж, 1997

5

Графоманское послание другу Эдику Штейнбергу

к 60-летию его пребывания на Земле.

Эпиграф

Дорогому Эдику с любовью.

Т. ОЛЬШЕВСКАЯ44 – Г. и Э. ШТЕЙНБЕРГ

Москва–Париж, 1991

1

Уж не один раз начинала писать вам и никак не могла закончить. В тот же день, когда Леночка сообщила телефон Симоны, и я ней созвонилась, заболела гриппом, и по сей день душит кашель. И опять сбежал Рэм, ищем четвертый день. Держимся из последних сил.

Думала, что Леночка сможет встретиться с Симоной, но и она заболела этим дурацким гриппом.

Очень трудно писать, собраться с мыслями. Мне приходится разрываться на сто частей: стоянии в очередях, помогать Толе, дом. Толя продолжает работать, но хочет максимально сократить свою бурную деятельность. Страшные налоги при конечной прибыли не дадут выжить. Надо срочно прятаться под крышу какого-нибудь творческого союза, которые налогами пока не будут облагаться. Да и вообще невозможно что-либо прогнозировать на будущее. Силы, и физические, и психические, иссякли. Но их необходимо восстанавливать. А это только одно – Вера, которая нас держит от окончательного отчаяния.