Читаем Мать ученья полностью

Заклятья сплошным шквалом молотили по защитной сфере, не причиняя ни малейшего вреда. Более медленные, мощные заклятья перехватывались заранее — вращающиеся вокруг Зориана малые кубы плевались стеклянными шариками — каждый куб имел собственное карманное измерение, доверху набитое зачарованными стеклянными снарядами. Шарика, как правило, вполне хватало, чтобы развеять или ослабить вражеское заклятье до безопасного уровня. С эктоплазменными конструктами и земляными големами разбирался Дэймен; умная защита пропускала его заклятья, чего практически никогда не бывает, когда атакуешь сквозь щит другого мага.

Сильверлэйк и Джорнак вернулись на поле боя и старались помочь личу, но Кроха, даже сражаясь с гигантскими костяными крокодилами, вполне успевал наносить ответные удары. В итоге ведьме и Красному пришлось больше сдерживать исполинского голема, чем атаковать.

В какой-то момент Кватач-Ичл, видимо, сообразил, что зря тратит ману. Атаки лича даже не утомляли Зориана, защита работала автоматически.

— Огань! — внезапно крикнул Кватач-Ичл. — Помоги мне вскрыть этот черепаший панцирь!

— Тогда стряхни с меня этих придурков! — рыкнул в ответ дракон, пытаясь достать крутящийся вокруг него молочно-белый пузырь.

Кватач-Ичл, присев, прыгнул и стрелой взмыл в небо.

Дэймен растерянно смотрел вслед личу — то ли гнаться за ним, покинув укрытие, то ли попытаться достать Джорнака и Сильверлэйк. Решившись, брат атаковал Красного.

Зориан полностью поддерживал его выбор — да, отвлечь Кватач-Ичла было бы полезней, но это скорее всего кончится смертью брата. Нет уж, лучше рискнуть самому. Образы бледного, истекающего кровью Дэймена, когда тот пожертвовал собой на выходе из петли, затопили его разум, мешая контролировать плетение…

Нет! Нет, сосредоточиться… Он уже привычно задвинул кровавые картины вглубь памяти, как делал весь этот месяц, и сфокусировался на текущей задаче. Призыв ангела. Он не имеет права ошибиться — иначе, когда враги призовут кучу демонов, их будет некому остановить.

Сражение в воздухе стало ещё ожесточённее — Зак и Аланик каким-то образом улучили момент и атаковали симулякрум лича на крыше поместья, пытаясь сорвать призыв демонов. Без особого успеха — подлетевший лич перехватил часть предназначенных двойнику заклятий, да и обереги поместья Яску еще держались, несмотря на всё происходящее.

А потом случилось неизбежное. Кватач-Ичл отвлёк Зака, так что против Оганя остались лишь Ксвим и Аланик. Дракон-маг мог бы с некоторыми шансами попытаться убить одного из них — но вместо этого решил прикончить Зориана.

В принципе, вполне логично — драконья боевая магия оперирует мощными, чудовищно энергоёмкими заклятьями, вроде людской артиллерийской магии, но без её недостатков. Кватач-Ичл не смог пробить барьер Зориана чистой силой — но если ударит дракон, то ничего слабее настоящего крепостного щита, как у поместья Яску, его не остановит.

Мир вокруг замедлился — Зориан смотрел на Оганя, дракон смотрел на него. Жёлтые змеиные глаза дракона горели гордыней и презрением, чешуйчатые лапы распрямились, выпуская ревущую сферу раскалённого огня.

Ревущую в самом прямом смысле — Зориан не знал, сделано ли это специально или просто так получилось, но чудовищный фаербол несся с оглушительным воем.

Зориан не шелохнулся с места. Крутящиеся вокруг него кубики замерли и метнулись навстречу метеору, выстраиваясь кольцом. Джорнак и Сильверлэйк попытались было убить Зориана, пока нет защиты, но тут вмешались Дэймен и Кроха. Что до фаербола — он так и летел прямо в кольцо кубиков, хотя Зориан не сомневался — Огань может управлять полётом своего заклятья. Вероятно, дракон не сомневался, что пересилит любую доступную человеку защиту.

Что же, сам виноват. Влетев кольцо, фаербол стал быстро замедляться, войдя в зону растянутого времени — пузырь магии времени, где время куда медленней, чем снаружи. У Оганя расширились глаза, он попытался было выдернуть свой снаряд из временной ямы, но тут кольцо кубов сжалось, и гигантский фаербол просто исчез.

А кубы тут же вернулись на орбиты вокруг Зориана.

Выглядело так, словно чудовищное заклятье Оганя просто убрали в кладовку — и в принципе… так оно и было. Фаербол переместился во внутреннее, замедленное измерение куба — не то, чтобы буквально заморожен вне времени, но очень близко к тому.

Взгляд Оганя полыхнул ненавистью, но время было упущено. Секунды, выигранные для него Кватач-Ичлом, прошли, Зак вернулся на поле боя еще более раззадоренным.

К тому же… Зориан практически закончил призыв. Он начал позднее, чем симулякрум лича, но, похоже, обогнал его в плетении.

И Кватач-Ичл тоже это заметил.

— Тебе придётся какое-то время справляться самому, — крикнул он и устремился к своему двойнику на крыше. — Мне надо кое-что ускорить.

И ритуал призыва демонов действительно пошёл куда быстрее.

Стиснув зубы, Зориан влил в каменный куб ещё больше маны, увеличивая объём поглощаемой природной энергии. Его мастерство плетения достигло своего потолка — даже с помощью симулякрумов сияющий золотой куб заполнял всё его сознание.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мать Ученья

Похожие книги

Вендиго
Вендиго

В первый том запланированного собрания сочинений Элджернона Блэквуда вошли лучшие рассказы и повести разных лет (преимущественно раннего периода творчества), а также полный состав авторского сборника 1908 года из пяти повестей об оккультном детективе Джоне Сайленсе.Содержание:Юрий Николаевич Стефанов: Скважины между мирами Ивы (Перевод: Мария Макарова)Возмездие (Перевод: А. Ибрагимов)Безумие Джона Джонса (Перевод: И. Попова)Он ждет (Перевод: И. Шевченко)Женщина и привидение (Перевод: Инна Бернштейн)Превращение (Перевод: Валентина Кулагина-Ярцева)Безумие (Перевод: В. Владимирский)Человек, который был Миллиганом (Перевод: В. Владимирский) Переход (Перевод: Наталья Кротовская)Обещание (Перевод: Наталья Кротовская)Дальние покои (Перевод: Наталья Кротовская)Лес мертвых (Перевод: Наталья Кротовская)Крылья Гора (Перевод: Наталья Кротовская)Вендиго (Перевод: Елена Пучкова)Несколько случаев из оккультной практики доктора Джона Сайленса (Перевод: Елена Любимова, Елена Пучкова, И. Попова, А. Ибрагимов) 

Виктория Олеговна Феоктистова , Элджернон Генри Блэквуд , Элджернон Блэквуд

Приключения / Фантастика / Мистика / Ужасы / Ужасы и мистика
Саломея
Саломея

«Море житейское» — это в представлении художника окружающая его действительность, в которой собираются, как бесчисленные ручейки и потоки, берущие свое начало в разных социальных слоях общества, — человеческие судьбы.«Саломея» — знаменитый бестселлер, вершина творчества А. Ф. Вельтмана, талантливого и самобытного писателя, современника и друга А. С. Пушкина.В центре повествования судьба красавицы Саломеи, которая, узнав, что родители прочат ей в женихи богатого старика, решает сама найти себе мужа.Однако герой ее романа видит в ней лишь эгоистичную красавицу, разрушающую чужие судьбы ради своей прихоти. Промотав все деньги, полученные от героини, он бросает ее, пускаясь в авантюрные приключения в поисках богатства. Но, несмотря на полную интриг жизнь, герой никак не может забыть покинутую им женщину. Он постоянно думает о ней, преследует ее, напоминает о себе…Любовь наказывает обоих ненавистью друг к другу. Однако любовь же спасает героев, помогает преодолеть все невзгоды, найти себя, обрести покой и счастье.

Анна Витальевна Малышева , Александр Фомич Вельтман , Амелия Энн Блэнфорд Эдвардс , Оскар Уайлд

Детективы / Драматургия / Драматургия / Исторические любовные романы / Проза / Русская классическая проза / Мистика / Романы