Читаем Мать ученья полностью

Прибыв на очередное занятие медитацией на следующий день после покушения, Зориан был всерьез обеспокоен. И не только возможностью нового покушения — ему не понравился вчерашний взгляд Аланика, и Зориан гадал, чем это для него обернется. Однако занятие выдалось ничем не примечательным — никто не напал, да и Аланик ничем не показывал, что подозревает либо недоволен им. Так что он выкинул это из головы и по примеру жреца сделал вид, что ничего не произошло.

Сейчас, три дня спустя, он мог с уверенностью сказать, что это было ошибкой. Жрец утащил его на задний двор храма для "проверки боевых навыков", что звучало как неприкрытое наказание.

И вообще, почему во дворе храма вместо мирного, успокаивающего нервы сада находится боевая арена? Если вспомнить еще и про темницы в подвале, святость этого места вызывает большие сомнения.

— Эмм… Не то, чтобы я не был благодарен за помощь в укреплении моих скромных умений, но разве нам не нужно сконцентрироваться на внутреннем духовном зрении? — Зориан поежился. — Вы сами сказали, что для овладения этим навыком нужна полная концентрация.

Аланик просто смотрел на него из своего угла арены, молча и безучастно.

А потом указал на него посохом, метнув фаербол.

Сама по себе атака не удивила Зориана — честно говоря, он ожидал чего-то подобного. Но вот заклятье, которым жрец начал поединок… Фаербол совсем не подходит для проверки молодых магов — он слишком смертоносен! Даже маломощный заряд легко убьет при прямом попадании, а стандартные щиты от него не помогут. Неважно, насколько прочен экран — это по-прежнему силовой диск перед заклинателем, и расширяющаяся сфера магического огня просто обогнет его.

Замешательство длилось долю секунды, потом он активировал барьер — не просто щит, но полноценный купол, укрывающий со всех сторон. И почти сразу в барьер врезался фаербол, окружив Зориана сплошным покровом огня.

Когда пламя схлынуло, Аланик по-прежнему молча и неподвижно стоял в углу арены. Тревога несколько улеглась — фаербол был совсем слабый. Зориан знал это, поскольку один из отставных магов, которому он помог в своих скитаниях до прихода в Князевы Двери, научил его чувствовать свои защитные чары — и его купол легко выдержал попадание, хотя должен был едва устоять. Он ни секунды не сомневался, что при желании жрец может ударить намного сильнее. И то, что за фаерболом не последовали еще заклятья, убеждало, что это и правда проверка.

Ненормальная, опасная проверка, но к подобным вещам он уже привык.

Он послал в Аланика магический снаряд. Жрец пренебрежительно фыркнул, неспешно поднимая руку, чтобы отразить столь жалкую атаку, и Зориан едва сдержал ухмылку. Это выглядело как магический снаряд, но вовсе им не являлось — заряд не наносил удара сам по себе, он испускал сферическую ударную волну, как фаербол, только с силой вместо огня. Можно сказать, форсбол. Наверняка против столь слабой атаки Аланик воспользуется обычным щитом, и тогда форсбол…

Пространство перед Алаником искривилось и замерцало, и заклятье Зориана просто исчезло. Кажется, что-то вроде рассеивающей волны. Проклятье. Тут жрец решил, что пришла его очередь, и Зориану стало не до сожалений — пришлось уворачиваться от огненных стрел и испепеляющих лучей.

Он быстро понял, что Аланик предпочитает огненные заклятья. Даже когда Зориан переключился с универсальной защиты на специальные огненные щиты, почти прозрачные для других стихий, жрец продолжал использовать огонь. Когда первый шквал слабых, но быстро кастующихся огненных стрел не продавил защиту Зориана, Аланик перешел на огромные, медленно летящие сферы огня. Они не взрывались, просто окутывали цель пламенем. И когда Зориан сумел развеять их, следом полетели фаерболы — и теперь жрец не сдерживался.

Зориан при каждом удобном случае пытался контратаковать, но все его атаки обезвреживались с издевательской легкостью. Когда он попытался поднять пыль, Аланик без единого жеста призвал ветер, рассеявший облако. Зачарованные кубики не годились — жрец отбрасывал их телекинезом, для этого ему хватало просто отмахивающегося жеста. А все заклятья блокировались, перехватывались или развеивались. Даже когда Зориан стал пускать свои снаряды по сложным параболическим, спиральным траекториям или зигзагами, жрец без малейшего труда отслеживал и перехватывал их.

Наконец, практически исчерпав резерв, Зориан решил поставить жирную точку. Он влил остатки маны в силовой луч, направив его прямо Аланику в лицо. Если он попадет — он убьет жреца, но Зориан знал, что это попросту невозможно. Так и вышло, тот просто шагнул в сторону, а Зориан в истощении опустился наземь, подняв руки в знак поражения.

— Сдаюсь, — выдохнул он. — Что бы вы ни хотели, вы этого добились. Хотя если вы просто хотели показать, что я — не самая крупная рыба в пруду, то незачем было стараться. Я и сам знаю, что в поединке с опытным боевым магом мне крышка.